&nbsnbsp; Мое внимание привлек что-то блеющий толстяк. Вайрс зашипела: p; Сойдя с тракта, мы ринулись к лесу. От дороги до опушки был почти километр очищенной от растительности земли. Очевидно, таким образом пытались бороться с засадами. Все таки километр — это почти сорок секунд скачки на лошади, да и из лука не дострельнешь.
Углубившись в лес, мы остановились и, разослав три пятерки разведчиков, приступили к созданию хорошо защищенного лагеря.
Деревья были очень высокими и с густой кроной, создавая довольно плотный полог из листвы, сквозь которую прорывались лишь редкие лучики света.
Поставив мощный магический полог создавший полумрак в круге диметром около двухсот метров, наши маги начали разворачивать вокруг чувствительное заклинание-сенсор, накрывшее почти пару километров вокруг лагеря. Оно должно было реагировать на все существа строго заданного параметра — тяжелее пяти килограмм и выше полуметра. В самый разгар к лесу прибыла Арихитос. Иситес, поколебавшись, решила свести наши отряды воедино.
Весь наш отряд, во главе с Шеяшхи, вернулся на опушку. Мисс продемонстрировал, что горазд лазить не только по скалам, забравшись со мной на какое-то дерево, сильно смахивающее на дуб-переросток. И лишь сейчас, когда мы, дожидаясь наш отряд поддержки, растворились в листве, я услышал, как вокруг нас бурлит жизнь.
Пение птиц, шум ветра в зеленой листвnbsp;
&
& итык, она добавила: — Смотри, если будет как в прошлый раз — то я вспорю тебе живот и запихну туда жменю трупных червей, после чего заживлю тебе рану, а всем скажу — что так и было. И знаешь что — мне поверят, потому что только такая тупая мразь как ты может подумать, что такая мелочь, как протухшее мясо, сведет темного эльдара в могилу. — толстячок так часто закивал головой, что я даже немножко испугался того, что она оторвется.
& p; Моя охрана не обратила на мужичка и ке деревьев, жужжание насекомых… Как же сильно этот мир похож на Землю…
Трава и цвеnbsp; — Совсем ненамного. И…я…должен…Вайрс. Тогда действительно произошла странная накладка… А иногда я думаю, что это была диверсия… К счастью Вайрс намного терпеливее, чем показывает. ты, чуть колышущиеся под дуновением ветерка…
Медленно плывущие по ослепительно голубому небу облачка…
И запах…чуть перепревшей листвы, лесной сырости и древесины…
Мисс прижал уши к голове и чуть-чуть, еле слышно, загудел, возвращая меня в реальность.
На горизонте показался nbsp;сгусток мрака, окутанный в облако пыли — это наши несутся. Шеяшхи с пятеркой всадников немного выдвинулся из леса, что б его было видно. Левой рукой он постоянно держался за серьгу связи.
Когда отряд Арихитос приблизился, я увидел, что почти сутки беспрерывной скачки по поверхности и подземельям серьезно утомили хисн, а их всадники так запылилсь, что обычно черные гарнитуры стали землисто-серого цвета. Все солдаты, включая замаскированных храnbsp;мовников были одеты в доспех И`си`тор и с полным комплектом регалий моего Дома. Как ни странно, но Арихитос я узнал сразу.
Лишь немного замедлив ход отряд пронесся к лагерю, скрывшись в листве. Немного подождав, мы последовали за ними.
В лагерь мы прибыли вместе с партиями разведчиков. Две из них притащили пять больших туш оленей и половину кабана. Одна из жриц, забирая из пасти хисны обслюнявленную заднючасть, причитала:
— Тебе же нельзя столько жирного! Опять шерсть начнет лезть! Ну что ты как маленький?
Но на морде пантеры было написано вселенское счастье и пофигизм.
А вот третий отряд разведчиков притащил парализованного пленника. В данный момент две Высшие Жрицы приводили его в чувство.
Когда я подошел ближе, с него уже срезали всю одежду. Оказалось, что это человек. Очень молодой и худой паренек. Все его одежда была в заплатах и потерта, а обуви не было. Из вещей лишь котомка с едой. Как сказала одна из жриц:
— По одежде — обычный крестьянин.
Вот только…Сверху тряпья один из жрецов положил явно магическую бляху-амулет размером с фалангу пальца на тонкой искусной цепочке. Обнаружив это, солдаты обыскали пленника еще раз, не поленившись заглянуть ему в рот и проверить зубы на капсулу с ядом, а организм просветить на магические включения, но больше ничего не было.
Пленник пришел в себя и, будучи еще парализованным, с ужасом обшаривал нас взглядом. Его глаза были круглыми от ужаса.
Иситес подняла острием серпа амулет и, держа его так перед лицом, с интересом стала рассматривать.