Суждение 2.8
2.8. Цзы-ся спросил (вэнь) о Сяо. Почтенный (цзы) сказал (юэ): «[Во время похорон] трудно (нань) сохранить выражение лица (сэ). Приносятся (ю, т.ж. «иметь» в смысле «имеются») [соответствующие] жертвоприношения (ши). Уполномоченный сын (ди цзы) [облачившись] в траурные одежды (фу) [исполняет] свой (ци) тяжелый труд (лао). Родившимся (шэн) прежде (сянь) [предкам] приносятся (ю) жертвоприношения (ши) вином (цзю) и [предлагается] кушанье (чжуань) в свое время (цэн). Не такое ли Сяо достойно одобрения (ши)?».
Представленный выше перевод противоречит традиционному, поэтому он требует объяснения. Как уже известно читателю, на этом суждении заканчивается серия из четырех высказываний Конфуция, посвященных вопросам Сяо. В первом из этих суждений (2.5) Конфуций говорит о том, что «при жизни родителей следует служить им по ритуалу, а когда умрут – похоронить по ритуалу». И вполне естественно предположить, что последнее из этих суждений как раз и должно быть посвящено вопросу похорон.
Такое предположение подтверждается наличием в тексте следующих двух иероглифов. Первый – фу, переводится как «траурные одежды», «траур», «время траура». Этот иероглиф стандартно используется в следующих словосочетаниях: фу-шу – «шалаш во время траура», который устанавливался сыном у могилы родителя; фу-у – «одежда, надеваемая во время жертвоприношения»; фу-цзюй – «похоронные принадлежности», «погребальная утварь». В более позднее время этот иероглиф стал обозначать любую «одежду» или «платье», однако во всех традиционных переводах этого суждения отсутствует упоминание о какой-либо одежде, даже не траурной.
Второй иероглиф, а точнее, словосочетание из двух иероглифов, еще более интересно. Ушедших из жизни предков (цзу) в Раннем Чжоу называли «прежними/скончавшимися» (сянь), например, в словосочетании «прежние ваны» (сянь ван) или «прежние просвещенные люди» – сянь Вэнь жэнь (правильнее, «прежние получившие опыт Вэнь люди». И Конфуций этого не знать не мог. Именно этот иероглиф сянь содержится в рассматриваемом нами тексте – в выражении «прежде рожденные» (шэн сянь). То есть в данном случае речь идет об уже ушедших из жизни ближайших родственниках.
Из встречающихся здесь иероглифов первый в очередности ши – это «жертвоприношение» (БКРС № 5548). Его мы уже рассматривали, он известен читателю по выражению да ши – «большое жертвоприношение». Далее по тексту следует другой иероглиф ши (БКРС № 9918), который переводится как «рит. жертвоприношение», жертва предкам», «рит. принимать (получать) жертву (напр. о предках)». Иероглиф сэ – «выражение лица» – нам тоже уже известен, точно так же, как и словосочетание ди цзы, которое мы подробно рассмотрели при анализе суждения 1.6. Весь остальной текст понятен без объяснения.
Еще раз зададим себе вопрос: почему Конфуций так серьезно относится ко всем этим похоронным процедурам и жертвоприношениям покойникам? На него отвечает В. М. Крюков («Ритуальная коммуникация в древнем Китае»):
Стр. 192. Из западночжоуских инскрипций известно, что деяния предков рассматривались древними китайцами не только как пример для подражания, но и как источник действенного блага для их здравствующих потомков. Заслуги покойных родственников переходили на живущих, приводя к накоплению «благодати» (Дэ).
Стр. 193. …духи предков вступали в сношения с людьми – как податели милостей нематериальных <…> «счастья», «благодати» и «вечной жизни». Эти дары ниспосылались в ответ на жертвоприношения предкам.
Стр. 196. Чжоусцы понимали, что нельзя обрести счастье и долголетие, не делая постоянных жертвоприношений предкам. Но они также отдавали себе отчет в том, что для предков ценна не только и не столько сама материальная жертва, сколько чувство смиренной почтительности (Сяо), испытываемое людьми по отношению к ним. Отсюда – устойчивое выражение сян Сяо («выражать смиренную почтительность посредством жертвоприношений» или «жертвенно выражать смирение»). Говоря другими словами, по мысли чжоусцев, в жертву должен был приносится не посторонний предмет, но частица самого жертвователя.