Но если это все-таки не так – если христиане и евреи не правы, и если начало Книги Бытие следует читать «буквально», – значит, кроме «второго» Бога Бытия, Яхве, в иудейском Писании появляется и «первый» Бог, Элохим, который в проповеди евангельского Христа назван общим для всех людей «Отцом». И именно об этом Элохиме – вся проповедь Христа о Царстве: Он прямо заявляет, что пришел «дополнить» (греческое плэро́о), а не «исполнить» еврейский Закон. То есть дополнить проповедь Моисея о Боге Яхве Своей проповедью об Элохиме. Коротко суммируя все вышесказанное, можно констатирова, что если мандеи – это «лирики», то иудеи – уж точно «физики». Но вернемся к Конфуцию.
Второй вариант использования иероглифа нюй, который остается единственно возможным, – и об этом мы уже говорили – это если в качестве ученика Конфуция выступает юноша гомосексуалист, который воспринимает подобное обращение к себе как вполне нормальное и общеупотребительное в обществе. Обращение, которое никого не шокирует, т. к. гомосексуальные отношения являются такой же нормой, как, например, в древней Греции времен Перикла и Платона (следует еще раз напомнить читателю, что это – то же самое историческое время, что и время Конфуция).
Также этому не противоречит предположение о том, что часть учеников Конфуция были евнухами. Вопросу евнухов посвящена небольшая книжка В. Н. Усова «Евнухи в Китае» (Издательский Дом «Муравей», М:, 2000). Вот что он там пишет (стр. 18, 20):
…Говорилось, что при кастрации следует отрезать не только детородный член, но и яички, в противном случае объект не сможет принять облик девушки. <…> Перед кастрацией… с тем, кого оскопляли, заключался своего рода «брачный контракт» (хуньшу) либо «контракт решимости» (цзюесинь шу), где выражалось добровольное желание «очистить тело и сделаться женщиной» (как бы «выйти замуж»). «Вышедших замуж» переводили во дворец отбывать повинность.
Часто для простого китайца это был единственный способ вырваться из окружающей нищеты и подняться по служебной лестнице. Понятно, что приведенная нами цитата относится к более позднему Китаю, но беда в том, что текстов, соответствующих времени жизни Конфуция и рассматривающих этот вопрос, не сохранилось по причине зачаточного состояния письменности. Однако уже описания придворной жизни империи Хань полностью подтверждают наши предположения. Попробуем обосновать такую точку зрения, что часть учеников Конфуция – это гомосексуалисты, возможно, обычные для Китая кастраты.
Представление о том, что женщина и мужчина – это «одинаковые люди», является продуктом современной цивилизации. Равные права, одинаковое ношение брюк, возможность беспрепятственно обучаться наравне с мужчиной – все это пришло в человеческий мир относительно недавно, точно так же, как и известное всему миру слово «любовь», которое означает особую симпатию, возникающую между равноправными мужчиной и женщиной и заканчивающуюся, как правило, сексуальными отношениями. И как бы ни казалось это невероятным для читателя, но подлинным пионером в прорыве отношений между мужчиной и женщиной стал назарейский Иисус. Скоро и сам читатель поймет, почему это так, если этого еще не понял.
В древнем Китае, как и во всем цивилизованном мире того времени, вопрос о «равенстве полов» не существовал вообще. Иероглиф нюй изображал коленопреклоненного человека, по общему мнению специалистов – раба, и этот иероглиф отображал истинное положение женщины в обществе. Главной задачей, а точнее, функцией женщины – причем, не только в Китае, но и у евреев, у эллинов – было рождение сыновей, мужчин, как непосредственных исполнителей ритуальных обрядов, связанных с поклонением божествам и уходом за могилами предков.
Иероглиф хао – «хорошо», который включает в себя ключ «женщина», возник только по той причине, что рядом с этой «женщиной» мы видим известный читателю древний иероглиф цзы – «сын» (но не «дочь»). Мы помним, как отец Конфуция «рожал» подряд девять дочерей от своей жены, и наконец, взял себе наложницу для рождения сына, т. к. все эти дочери были «негодным материалом». Взял наложницу, несмотря на то, что, судя по всему, был очень привязан к своей единственной жене (сегодня мы бы сказали – «любил»). И когда родился хромой сын, он и от этой наложницы тоже отказался и нашел себе какую-то «девчонку» – уже в свои 70 лет! – которая и родила ему будущего Конфуция. Причем, этот Шулян Хэ никогда не был ловеласом.