Вообще, если посмотреть на это суждение с учетом всего вышесказанного, то оно приобретает как бы два разных смысла. Один – открытый, для учеников и окружающих, и коротко его можно передать так: меньше говори и больше делай. Второй – для тех, кто приблизился к состоянию Цзюнь цзы: не стремись много говорить в своей внутренней беседе с духами, – такая твоя «речь» должна быть «замедленной», «нескорой», «размеренной». Главное в этом процессе – не терять «линию связи», а не многочисленные слова или «молитвы». Главное – это некий безмолвный внутренний волевой вектор, постоянно устремленный к «миру духов». И это – совет, основанный на собственном опыте Учителя. Вторая половина подлинного смысла этого суждения – «продвигайся вперед» в части «подражания древним». Человек не может двигать сам себя по ступеням духовной лестницы точно так же, как не может повторить опыт Мюнхгаузена и вытащить себя за волосы из того болота, в которое попал: переход с одной ступени на другую происходит только через «скачкообразное откровение», над которым человек не властен. Но он может заставить себя «подражать древним» и усилием воли ограничить свои животные инстинкты, которые присущи нам всем.
Вполне вероятно, что иероглиф янь, который мы видим в этом суждении (в выражении «при разговоре»), в изначальном варианте текста отсутствовал. Этим иероглифом просто продублировали янь изначального текста после того, когда жуй получило ключ в виде такого же янь, с приданием объединенному иероглифу нэ значения одного слова (а не двух, как было первоначально). И если это действительно так, в таком случае ни о каком «смысле для всех» говорить уже не приходится, – остается прочтение суждения только для уровня Цзюнь цзы.
В заключение зафиксируем такую полезную мысль: из этого суждения следует, что Конфуций не считал, что практика Жэнь может быть прекращена после достижения человеком уровня Цзюнь цзы. Это знание поможет нам понять смысл другого достаточно сложного суждения, с которым еще предстоит встретиться.
Суждение 4.25
4.25. Почтенный (цзы) сказал (юэ): «Дэ не (бу) бывает одинокой (гу, т.ж. «сирота», «одиночка», «обособленный»), [Дэ] обязательно (би, т.ж. «непременно») имеет (ю) соседей (лин, т.ж. «близкий», «граничить с…»)».
Фактически, мы уже объяснили это суждение раньше. Обратим внимание читателя на слово Конфуция «обязательно» (би). Это означает, что Дэ обязательно «граничит с» чем-то еще, без чего это Дэ просто не состоится. Интересно представить себе, каких таких «соседей» обязано иметь Дэ в том случае, если этот термин понимать в качестве традиционной «добродетели»? Ответа на такой вопрос не существует.
Итак, еще раз повторим сказанное. «Соседом слева», т. е. тем, кто предшествует этому Дэ, является Жэнь. Без практики Жэнь «благодать» не получить. А «соседом справа», т. е. тем, кто следует уже после Дэ, является Вэнь. И действительно, состояние Жэнь у человека может быть или не быть, и это зависит исключительно от воли и упорства самого человека. А Дэ может быть только следствием такого Жэнь. Но и состояние Вэнь на «пустом месте» тоже не рождается. Но если мы имеем человека, которому удалось «стяжать Дэ», это означает, что у него – причем, в обязательном порядке! – состояние Жэнь предшествовало такому получению Дэ. То есть обязательно (би) был «сосед слева» (по древнекитайски – «сосед сверху», т. к. направление записи и прочтения текста шло столбцами сверху – вниз, а очередной столбец записывался слева от предыдущего).
Здесь следует сказать, что человек может «войти» и пребывать в «состоянии Жэнь» даже не зная этого термина, и не отдавая себе отчет в этом, – не догадываясь о том, что его внутренний мир описывается как «предстояние предкам» или какому-то святому христианской церкви, или Христу, или Пресвятой Богородице. Без сомнения, в Китае были такие, кто неосознанно (в части терминологии) «предстоял духу Конфуция» и благодаря этому «постиг Дэ». А у мусульманских суфиев существует традиционная практика внутреннего «предстояния» основателю суфийского ордена, как Учителю, и восприятие такого давно ушедшего из жизни человека, как живого. Но предстоит человек не какому-то отвлеченному «Богу», а конкретной личности.