Друг спросил, здоров ли он.
«Вот, именно, здоров, и умирать не хочется», - подумал Платон.
За два года до злосчастной даты понял, что человек не может исполнить всё задуманное, если ему известно точное время ухода, это сбивает с толку, в голове начинается свистопляска.
Решил оставшиеся время провести для собственного удовольствия.
Заглянул в бордели, чего не позволял себе раньше. Удовлетворения не получил. Оргазм для него был испорчен мыслью:
«Сколько их ещё осталось?»
Попробовал пить, но это не доставило удовольствия. Мама ли тому виной или сам, поленился анализировать.
Болезни больше не пугали, как и вопросы продления жизни, поэтому бросил пейнтбол по субботам, бассейн два раза в неделю перед работой и поездки с семьёй на природу по воскресеньям.
Постарел, ссутулился, лежал дома на диване, просил не беспокоить.
На ужин требовал пиццу и пирожные. С детства любил мучное и сладкое, раньше сдерживал себя, теперь это не имело смысла.
Располнел, стал бледным, несколько неряшливым. Жизнь завершалась.
Последний июль они с женой проводили на туристической базе, расположенной на берегу громадного, как море, озера.
От отдыха за рубежом отказался: вдруг, пророчество фурии исполнится, пока летят в самолёте, тогда из-за него погибнет много людей.
По утрам делал вид, что ловит рыбу, тупо смотря в воду на шевелящиеся водоросли, ожидая «своего» часа. Рядом стояла бутыль «Архыза». Уже год, наверное, он пил много, даже по ночам.
Семнадцатого июля ему показалось, что немеют руки и ноги, к вечеру ощущения стали явными.
«Думал, что умирать больно, а оказалось, я просто остыну», - пришло в голову.
Восемнадцатого утром не встал с постели, лежал на спине, смотрел в потолок, Девятнадцатого Лариса обратилась к нему, он не откликнулся, и она вызвала «скорую».
Платона отвезли в больницу.
Пришёл в себя. По палате двигалась длинноногая женщина в джинсах, коротком белом халате с пушистыми волосами.
«Жена», - вспомнил он.
Наблюдая её со стороны, как с «того света», подумал:
- Красивая. Если бы она не предложила себя в первые минуты знакомства, не согласилась бы сразу выйти замуж за человека, которого, почти, не знает, мог бы её полюбить. Как любой мужчина, он – охотник, добычу нужно преследовать, добиваться. Неинтересно подбирать то, что валяется под ногами. Мама, давая советы, этого не учла, она же женщина.
Спросил слабым голосом:
- Который час?
- Десять, - быстро подошла к койке, поправила одеяло.
Он помнил, что девятнадцатого днём был жив, а теперь - утро.
- Какое число.
- Двадцать первое.
- Не может быть! Не ошибаешься?
- Нет, конечно, ты куда-то торопишься? На этот день назначена встреча, дорогой? – хлопая глазами, показала ему беспокойство.
- Почти, - ответил он и подумал: «Встреча с богом».
- Что со мной?
- Диабет, придётся ограничиться специальной диетой и стрессы убрать, - плохо разыгранное сочувствие на лице, яко бы, любящей женщины, - наверное, много работал перед отпуском?
Платон не ответил. Роковой рубеж пройден.
«Сука, - подумал о цыганке, - обманула, надругалась над моей психикой, аферистка».
С этого дня он засыпал спокойно, чувство страха прошло, чертовка не являлась больше во сне, действие гипноза закончилось.
Вышел из больницы, вдохнул полную грудь воздуха:
«Жив. Сорок один год - не так уж много. Не слишком ли часто зомбировали меня женщины? Осенью отправлю сына в Англию, разведусь с Ларисой, надеюсь без маминого участия найду ту, с которой будет хорошо. Старушка пребывает в таком возрасте, что сама нуждается в советах. Сколько мне отведено времени, не известно. Чудо жизни заключается ещё и в том, что дата окончания её остаётся открытой».
Автор приостановил выкладку новых эпизодов