– И давно она у вас?
– Я купил ее, когда прибыл в Нодар.
– У кого?
– Не помню, как его…
– Покажите купчую.
– Я просто заплатил. Мы спешили. Я не знал, что нужно составлять бумагу.
Патрульные переглянулись. Было ясно, что словам его никто не верит. Воздух стал таким густым, что им было тяжело дышать, и потрескивал от напряжения. Их было четверо, и каждый из четверки патрульных держал кого-то из них под своим контролем.
Джер объявил, глядя на Фодрика:
– Твой пропуск подлинный, остальные поддельные. Вы не те люди, за кого себя выдаете. Именем правителя Карса вы обвиняетесь во лжи, сговоре и незаконном пребывании на территории Нодара, в пользовании оружием без разрешения и убийствах. Эта женщина – беглая рабыня, приговоренная к казни. Приметы совпадают. Да свершится правосудие! Сдайте оружие.
Кто ж его сдаст! Звук извлекаемых из ножен мечей слился в единый звон и продолжился пением скрещенных клинков.
Лани попыталась бежать, но стоявший за ее спиной патрульный обхватил ее железной хваткой и занес руку с кинжалом, готовым перерезать горло. Коннар перехватил ее отчаянный взгляд и оттолкнул ногой своего противника. Огромным прыжком он преодолел разделявшее их расстояние, и патрульному пришлось выбросить руку с кинжалом вперед, чтобы отразить удар его меча.
Продолжая держать Лани, он прикрывался ею, как щитом, но Коннар выбил из его руки кинжал и проткнул мечом прежде, чем тот успел выхватить свой. Он извернулся, одновременно извлекая из тела меч и уходя от удара настигшего его второго патрульного. После короткой и яростной схватки тот тоже пал.
Веттинор, двигаясь легко и изящно, словно на уроке фехтования, теснил здорового усатого патрульного, который все отступал под его напором. Сделав обманное движение, Веттинор завершил атаку и пронзил его грудь мечом.
Фодрик сражался немного неуклюже, но это не помешало ему с яростным ревом всадить меч в горло противнику и потом с некоторым удивлением и отвращением смотреть, как он падает, ломая спиной кусты.
Лани была поражена тем, как все они владеют оружием, как быстро умеют двигаться и наносить молниеносные удары. За время их путешествия висевший у каждого на поясе меч казался просто красивым атрибутом, но теперь она увидела, что может быть, если пустить его в ход. Это была смертоносная пляска, после которой четыре человека, наводившие на нее страх, остались лежать на земле. Она дотронулась до своей шеи и посмотрела на пальцы. Они окрасились кровью и мелко дрожали.
– Царапина, – успокоил ее Коннар.
– Я знаю. Ты снова спас меня.
– Я знаю, – эхом повторил он.
Она подняла с земли кинжал и подержала его в руке.
– Ты умеешь этим пользоваться? – спросил Коннар.
– Нет. Но я не хочу больше чувствовать себя безоружной. – Она принялась снимать с поверженного патрульного ремень с ножнами и не успокоилась, пока не застегнула его у себя на бедрах. Кинжал ровно лег в ножны и ощущался на боку приятной тяжестью.
Веттинор закончил обыскивать Джера и других патрульных, но судя по всему, не обнаружил никакой ценной информации. Он посмотрел на Лани, изогнул бровь, но ничего не сказал.
– Они не могли идти налегке, – заметил Фодрик – Надо поискать их вещи в лесу. Им припасы уже не понадобятся, а нам вполне пригодятся. Тем более кое-кто среди нас переживает, что слишком быстро подъедает провизию, которую мы взяли с собой, – он с усмешкой посмотрел на Лани.
– Нет, – нахмурился Веттинор. – Я не возьму у них ничего.
– А вот это ты зря. Подумай, – настаивал Фодрик. – Путь предстоит еще долгий, а наши запасы все уменьшаются. Почему бы не воспользоваться таким случаем?
Веттинор качал головой:
– Я не могу.
– Ну, как хочешь.
Вскоре, оставив разбросанные по поляне тела, они пошли дальше. После боя Коннаром владело радостное возбуждение.
– И почему все пытались меня убедить, что этот патруль настолько опасен? Они как черные коты, которые только шипят, но не умеют кусаться.
– Им просто не попадались такие искусные воины, как вы, – сказала Лани. – И все-таки они способны прыгнуть исподтишка и вонзить когти.
– По следу они хорошо идут, – сказал Фодрик. – И подкрались незаметно.