Лани забралась в какую-то болотистую местность и решила, что придется возвращаться назад. Внезапно из кустов вспорхнула крупная птица с темными пятнышками на оперении и довольно длинным хвостом. Она летела так неторопливо, что Лани с первого раза поразила ее стрелой. Трепеща крыльями, птица упала на землю. Лани бросилась туда и схватила ее так крепко, словно она еще способна была улететь. Похоже, это была самка фазана.
Празднуя победу, Лани спешила к месту их стоянки. Вдруг она оказалась на краю какого-то оврага, мимо которого точно не проходила. Она попыталась сориентироваться по солнцу, которое едва проглядывало над густой кроной леса, и решила, что нужно взять немного левее. Она не могла понять, почему едва держится на ногах от усталости – это слабость, которая преследует ее с утра, или она так много прошла.
Вскоре впереди показался участок леса, густо заваленный упавшими деревьями. Лани была уверена, что это место ей также незнакомо. Внутри все похолодело, она была близка к панике. Лучше вернуться к оврагу. Но его она тоже уже не могла найти. Струйки пота бежали по спине. Лани посмотрела на рябенькую курицу, которую держала в руках. Замечательно! Она всех спасла, добыла пропитание, а теперь не может найти дорогу назад! И почему она не взяла компас?
Ей почудился тонкий, едва заметный запах дыма. Лани пошла на запах, стараясь не перепутать направление. Она чуть не заплакала от радости, когда за деревьями рассмотрела огонек их костра и ползущий вверх сизоватый дымок. Она вышла на поляну. Коннар привязал себя веревкой к дереву, чтобы по ней можно было вернуться, и умудрился собрать в окрестностях хворост, который подкидывал в костер. Он действовал намного умнее! А она ушла утром, не позаботившись о том, что надо поддерживать огонь.
Лани дотронулась до Коннара и дала ему пощупать птицу. Он просиял от радости и закивал уважительно. Она отложила эту курицу и написала: "Твой костер меня спас. Я заблудилась". Ей так нужно было утешение, что она прижалась к его груди. Он подержал ее в объятиях, чувствуя, что она дрожит. Он был растроган. Гордился, что она добыла свой первый охотничий трофей. Впервые за все последние дни он перестал считать себя бесполезным бревном, которое она вынуждена таскать за собой и кормить. Она нуждается в нем! И эти короткие секунды близости пробудили в нем все чувства, которые он так тщательно старался подавить.
Ощипанная и выпотрошенная курочка показалась совсем небольшой, и Лани сварила из нее бульон. Немало мужества потребовалось, чтобы дождаться его готовности и не сойти с ума от запаха еды. А потом, зная, что нельзя поначалу перегружать желудок, похлебать лишь жидкость с небольшим добавлением мяса, а остальное сберечь до ужина. Делать ничего не хотелось, им нужно было набраться сил. Но Лани все равно провела вечернюю тренировку. Она кружила вокруг Коннара со своей палкой, уворачивалась от его ударов и считала, что он действует все увереннее.
Утром Коннару захотелось спуститься к реке. Лани уже перестала лазить вниз и вверх по обрывистому склону прямо от их стоянки. Вместо этого она почти протоптала тропинку по более пологому пути, и повела по ней Коннара. Она заранее предупредила его про многочисленные камни, устилающие берега и дно речного потока, так что там просто так не прогуляешься – нужно ставить ноги осторожно. Опасливо осмотревшись, Лани вышла из-под покрова деревьев и подвела его к самой воде – туда, где она спадала с плоской ступеньки небольшим водопадиком.
Коннар скинул рубаху, подставил пригоршни под холодные струи и принялся обливаться с весьма довольным видом. Река пахла чудесно – не тиной и илом, как эти неторопливые равнинные реки, а морозной свежестью. Она была живой, и хотелось бесконечно пропускать сквозь ладони этот сильный, холодный поток, который будто старался что-то подсказать и куда-то направить.
Вода. Земля. Воздух. Солнце. Все, что его окружает, является источником жизненной силы, и нужно только разгадать, как можно ею завладеть и как применить. Коннару казалось, что он стоит на пороге, и остался лишь один шаг к пониманию того, что пока скрыто для него, но он никак не мог сделать этот шаг.
И пока он наслаждался тем, как спину ласкают теплые солнечные лучи, Лани пыталась решить более насущную проблему. Она начала спрашивать, может ли быть в такой реке рыба и как ее поймать. Когда она брала Коннара за левую руку, он привычно подставлял ладонь, выпрямляя пальцы. Они всегда писали именно на его руке, так он лучше чувствовал и понимал буквы. Поначалу они объяснялись очень лаконично, подбирая главные слова, чтобы получилось покороче, но со временем уже могли вести длинные диалоги. Вот и сейчас он подробно объяснял, что нужно поискать на реке более спокойные участки, пробовать ловить у берега или возле камней, утром или вечером, в разную погоду – и тогда, возможно, повезет. Лани уже ходила вдоль реки вверх по течению, но там река спускалась с горы и была еще более бурной. Может быть, ниже есть какие-нибудь тихие заводи, только в ту сторону ушли медведи, и она не хотела рисковать. Кажется, про рыбу придется забыть.