– Какой у тебя план?
– Что ты имеешь в виду?
– Вы держали меня в неведении, когда мы шли сюда. Теперь, когда мы пойдем назад, я хочу знать, что ты собираешься делать. Мы пройдем по Безлюдным землям в обратном направлении, правильно? А что дальше?
– У нас впереди много дней, чтобы это обдумать.
– Да, конечно. Но начать надо прямо сейчас. Доставай карту, и давай посмотрим, где будет проходить наш путь.
Коннар еще не остыл от принятого решения и не собирался строить пока никакие планы. Он овладел тем, ради чего пришел сюда. Пришло время возвращаться, и все. Остальное казалось ему далеким и туманным. Лани и ее деловой напор удивили его. Что-то изменилось. Она стала другой. Не такой тихой и послушной, как поначалу. Она как будто тоже обрела какую-то силу, которая давала ей власть над ним. Он мысленно почесал в затылке, открывая кожаный тубус, в котором хранились карты.
Ему давно не приходилось рассматривать карту Нодара. Две головы склонились над ней. Лани нашла Эвенхолт, обозначенный несколькими башенками. К нему со всех сторон тянулись полоски дорог. Сплошные леса, нарисованные зеленым цветом на востоке, заканчивались примерно в том месте, откуда они начинали свой путь. Только неподалеку от столицы на карте вновь начинались зеленые острова лесов. Коннар знал, что с востока на запад дорога к Эвенхолту проходит мимо населенных пунктов, окруженных полями и пастбищами. Даже если они заберут к северу и проделают часть пути по дружественному Марсаю, потом им все равно придется идти через Нодар по открытой местности. Лани уже достаточно хорошо умела читать карты, чтобы это понимать. Она сказала:
– Здесь негде прятаться. Нам придется выйти к людям. За кого мы себя будем выдавать?
– За мужа и жену, конечно.
– Это понятно. Но кто мы такие? Учти, ты плохо говоришь по-нодарски.
– Что ты мне посоветуешь? Надо что-то придумать, чтобы объяснить мой акцент.
Лани вспоминала, как однажды в самом начале, забывшись спросонок, заговорила с ним по-нодарски. Словно вступив в игру, он начал отвечать, но очень неуверенно, с трудом подбирая слова. Она сказала:
– Если бы только акцент! Мне кажется, ты вообще неважно владеешь языком. Не знаю, как ты при этом решился приехать в Нодар.
– Мы старались не попадаться никому на глаза и передвигались по ночам. В крайнем случае я полагался на Веттинора – он знал много языков и диалектов. Да и Фодрик мог нормально объясниться.
– А теперь ты будешь полагаться на меня?
Коннар молчал.
– Тебе нужно лучше выучить язык. Ты собираешься захватить власть в Нодаре и править. На каком языке ты будешь говорить со своими подданными?
– Я хочу восстановить Тайферан в его прежних границах. Вернуть то, что у нас отобрали.
– Хорошо, но прошло двадцать лет. Эти территории заселены людьми, которые говорят по-нодарски. Бывшим жителям Тайферана тоже пришлось заговорить на этом языке. Как моей маме и мне. А поэтому, – объявила она, – с завтрашнего дня мы с тобой будем разговаривать только по-нодарски.
Коннар скривился:
– Я не хочу портить общение с тобой этим языком.
– Язык как язык. Ты привыкнешь. Поначалу тяжело, потом станет проще. Важно ведь, чтобы ты понимал и то, что тебе говорят. Значит, правило строгое: как проснемся, больше ни слова по-тайферански.
– Ты командуешь мной? – Он не знал, сердиться ему или смеяться.
– Да, ваше величество. Извольте подчиняться. Это для вашего же блага. А в случае нарушения будет штраф.
– Какой?
– Я еще не придумала. – Веселые искорки прыгали у нее в глазах.
– Ладно, пусть я плохо говорю, но можно ведь сказать правду – что я из Валькора. Или из Альдоса. Или из любой другой страны Альянса. Мы ведь не воюем с Нодаром, и это не повод меня в чем-то подозревать.
– Проблема в том, что мы не можем передвигаться по дорогам без пропусков, нас остановят в первой же деревне. Что было не так с твоим пропуском, почему тот патрульный заявил, что он поддельный?
– Мы получали одинаковые пропуска на всех, но кроме имени Фодрика, там были указаны имена картографов из его гильдии, похожих на нас по приметам. Не представляю, как патрульный догадался, что мы действительно другие люди.