– Он не догадался. У него наверняка было ваше описание, и он разыскивал именно вас. Я помню, что сказал Веттинор, когда увидел оборотня. И вы потом обсуждали, что все следующие патрули преследовали не столько меня, сколько вас самих.
Лани очередной раз удивила Коннара своей сообразительностью. Она смотрела на него хмуро:
– Все это мне очень не нравится. Слишком опасно. Твой пропуск использовать нельзя, лучше его выбросить. У меня его тоже нет. Рабы вообще не имеют права выходить за пределы владений своего хозяина.
– Ты уже не рабыня, и никто не догадается, что была ею. На шее не осталось ни следа.
– Даже свободные люди редко покидают свои дома и отправляются в длительные путешествия, разве что торговцы. Поэтому каждый человек на дороге вызывает подозрения.
– Ну могли же мы, допустим, пожениться и приехать повидать каких-нибудь родственников, а потом возвращаться назад?
Лани задумалась.
– Да, такое возможно.
– Где выдают эти пропуска?
– В комендатуре.
– Тогда я с помощью магии заставлю их сделать нам пропуска. Или тем, кто будет проверять, придется поверить, что они держат в руках не просто бумажку, а настоящий пропуск.
Лани смотрела на него широко раскрытыми глазами:
– Ты так можешь?!
Она вдруг почувствовала, что он хочет пить. Встала и принесла бурдюк с водой. Он сказал:
– Спасибо, – но смотрел так хитро, что она внезапно догадалась.
– Ты! – Закричала она возмущенно, глядя на него сверху вниз. – Ты заставил меня это сделать!
Брови ее гневно сомкнулись, она тяжело дышала и пыталась вспомнить, не скрывая обиды:
– Когда еще ты на меня так действовал?
Коннар вскочил и примирительно дотронулся до ее руки:
– Никогда, честное слово. Я первый раз попробовал. Должен же я был проверить и убедиться, что у меня получится.
Лани немного успокоилась, но заявила:
– Тебе нужно было меня предупредить.
– Нельзя. Сама подумай.
Она кивнула, соглашаясь. Коннар начинал это как незначительную шалость и не ожидал, что Лани почувствует себя оскорбленной. Он осознал свою вину и быстро сказал:
– Извини. Я обещаю, что это был единственный опыт, и больше над тобой я такого проделывать не буду.
– Ладно, прощаю. Я немного подзабыла, что имею дело с магом. Буду теперь лучше представлять себе твои возможности, – она погрозила ему пальцем, чуть улыбаясь.
Коннару понравилось, как она вскипела, но быстро остыла. Он постарался отвлечься от ее ямочек на щеках и вернуться к обсуждению пропусков:
– Скажи, а какая-то бумага о заключении брака тоже может понадобиться?
– Нет, насколько я знаю. Когда люди женятся, они просто дают клятву друг другу в присутствии свидетелей.
– И что у вас при этом принято говорить? – спросил Коннар, задумчиво щурясь. А потом посмотрел таким взглядом, что ее сердце застучало быстро-быстро.
Не дождавшись ответа, он вдруг взял ее за плечи и сказал прерывающимся голосом:
– Я хочу поклясться, и пусть моими свидетелями будет этот лес, эти горы и это небо...
Лани не дала ему продолжить и отрицательно покачала головой:
– Не надо, Коннар. Не связывай себя.
Он помолчал, потом произнес с обидой:
– Почему ты все время меня отвергаешь?
– Я не отвергаю. Просто я очень хорошо знаю свое место и не могу ни на что претендовать.
Коннар сжал ее плечи сильнее. Он смотрел так, чтобы проникнуть в самую глубину ее глаз, чтобы она услышала и поверила:
– Я никогда не откажусь от тебя. Один раз мой рассудок немного помутился, и я от тебя ушел. Лишь духи знают, какие слова говорил я себе после этого и продолжаю говорить. Это больше не повторится, я тебя не брошу. Я люблю тебя, и хочу быть с тобой.
– Я тоже этого очень хочу. Но то, что кажется тебе единственно возможным здесь, где нас только двое, может показаться неправильным потом. Обстоятельства изменятся, придется думать про общепринятые правила, про всякие соображения государственной важности...