Одежда их сильно износилась, и Лани то и дело приходилось нашивать латки. Правда, ее платье из грубого полотна оказалось куда прочнее, и только снизу начало превращаться в лохмотья. Она подшучивала над Коннаром. Когда он, зацепившись плечом за колючую ветку, проделал на рубахе очередную дыру, она вскарабкалась на ствол поваленного дерева и провозгласила:
– Жители Эвенхолта, встречайте! Король заплат Коннарос первый!
На самом деле она знала, что у него есть одна бережно хранимая целая рубаха. И пока Лани стояла на этом бревне, он заметил, что сапожок ее прохудился, и в щель над подошвой выглядывает палец. Коннар тут же продолжил:
– И его верная супруга Лани-дырявый башмак!
Он со смехом поймал ее, когда она спрыгнула вниз. Лани видела, что он похудел и стал более жилистым, но все равно выглядел сильным. Даже в этой старой изорванной одежде, какой же он был красивый!
Вечером она попыталась зашить носок сапога, но не смогла проколоть прочную кожу. Тогда Коннар забрал его и починил, помогая себе шилом. Лани искренне сказала:
– Большое спасибо, – но не удержалась и громким шепотом добавила, дразня, – Король-сапожник!
Как ему нравились эти лучики в углах ее глаз, это шутливое настроение! Ее насмешки его совсем не обижали.
А на другой день она становилась серьезной и начинала размышлять о том, как удержать Коннара от необдуманных поступков. Она пыталась направить разговор на обсуждение того, как он собирается действовать по прибытии в столицу. Когда она осознавала, что ему предстоит битва с Карсом, у нее сжималось и холодело все внутри. Лани считала, что он должен составить какой-то план, предусмотреть разные варианты. Она спросила:
– Тебе не страшно?
– Пока нет. – Он подумал немного. – Мне нечего бояться. Если я овладел силой, значит, я выполню свое предназначение.
– Я рада за тебя, что ты так уверен. И все-таки определенная подготовка не повредит. Давай обсудим, как ты собираешься это сделать.
Коннар внимательно смотрел на нее. Потом наклонил голову и чуть улыбнулся снисходительной улыбкой. Это означает, что она не должна лезть не в свое дело?
– Да, я беспокоюсь за тебя, – с вызовом сказала Лани. – Что в этом такого? Я не хочу, чтобы после всего, что было, ты просто взял и сунул голову в пасть дикому зверю.
– Не надо волноваться заранее. Я очень ценю твое желание помочь, но подумай, что мы сейчас с тобой можем напланировать? Сначала надо попасть в Эвенхолт, посмотреть на королевский дворец, узнать, сколько там выходов, сколько охраны, как и когда она сменяется, каким образом и как часто Карс покидает дворец и всякие такие вещи. Поверь, я разбираюсь в этом. Я лейтенант Ударного корпуса армии Альянса. У меня есть опыт и специальная подготовка.
– Прости, я совсем забыла, – она почувствовала себя ребенком, который собирается давать советы взрослому. И все же сказала: – Но поскольку вместо целой армии ты будешь один, волноваться за тебя я не перестану!
– Обещаю голову в пасть не совать, – торжественно сказал Коннар, но глаза его смеялись. Уж это он точно может пообещать, не рискуя ее обмануть.
Лани вздохнула, не поддавшись на его уловку. Он знал, что она все равно будет беспокоиться. Но тут ничего не поделаешь, таков удел всех женщин – провожать своих любимых на битву, пряча слезы и шепча слова молитвы. Что им остается потом? Только ждать. Ждать и верить...
В пути часть времени приходилось уделять охоте, делая паузы в непрерывном движении вперед, ведь иных источников пищи не было. Эта обязанность всецело легла на плечи Коннара. Лани уже не пыталась участвовать и только готовила то, что он приносил.
Как же надоело ей мясо! Сначала оно показалось изысканным деликатесом. Запеченное на костре, с ароматом дымка – это было так вкусно! Когда у них закончились припасы, когда они голодали, она только и думала про какого-нибудь зверя или птицу, зажаренных на вертеле. Но теперь, когда они питались одним мясом, она уже не могла его видеть.
Так хотелось пожевать хрустящую корочку свежеиспеченного хлеба, выпить молока... Сварить или поджарить яйца... Поесть капустного супчика... Положить в рот нежный кусочек козьего сыра... Впиться зубами в яблоко или грушу... Да и от любой каши она бы сейчас не отказалась.