– Мне уже можно к тебе прикасаться?
– Да.
Тогда он обнял ее и просто держал, прижимая к себе, а потом сказал, глядя поверх ее головы в темную лесную чащу:
– У тебя обязательно будет дом, я обещаю. У нас будет.
Через день, пробираясь по лесу, Коннар почти случайно заметил, что Лани пошатнулась и ухватилась двумя руками за ствол ближайшего дерева. Он кинулся к ней, поддержал и помог сесть, спрашивая:
– Что с тобой?
Она осторожно глянула через полуприкрытые веки:
– Ничего. На минутку в глазах потемнело. Не страшно, уже прошло.
– Ты говори, если плохо себя чувствуешь, не молчи. – В его взгляде была такая тревога и забота, какой Лани раньше не замечала. Еще одно подтверждение того, как много она для него значит. Ей даже неудобно стало, что он так разволновался.
– Не то чтобы плохо. Просто слабость. Мы ведь очень мало едим, но все время двигаемся. У тебя, наверное, тоже?
Если он и чувствовал, то скрывал это от самого себя. А может, у него все-таки больший запас прочности. Коннара захлестнули угрызения совести. Он гнал вперед, не делая скидки на то, что она – женщина. Они с самого начала относились так, будто за то, что ее спасли, она обязана держаться наравне с мужчинами. Долгое время ей это удавалось. Но теперь много дней пути практически без отдыха и недоедание совсем истощили ее силы. Приближение к обитаемой части Нодара означало лишь то, что сил понадобится еще много.
Лани сделала несколько глотков воды из фляги, и он вдруг разглядел, насколько резче стали выступать ее скулы, как выпирают косточки на истончившихся запястьях.
– Значит так, – сказал он с раскаянием, – сейчас найдем удобное местечко, остановимся там и будем отдыхать. До утра так точно. А завтра посмотрим.
– Не надо, – запротестовала она. – Я в порядке и могу идти дальше.
– Кто тут со мной спорит? – властным голосом, нахмурив брови, провозгласил Коннар. И, показывая, что он шутит, очень мягко с улыбкой добавил: – мы никуда не опаздываем. Можем себе позволить.
– Ну да, – она улыбнулась в ответ. – А до этого спешили так, как будто за нами кто-то гонится.
– Извини. Мне правда хочется уже побыстрее выбраться отсюда.
Он оставил ее на красивой полянке в окружении огромных дубов и сказал:
– Пойду добуду что-нибудь. Надо же тебя откормить.
Пока он охотился, Лани сидела в тенечке и думала о том, что он совсем не изменился и вел себя совершенно так, как тот Коннар, которого она знала раньше. Он мог подолгу не замечать, как ей тяжело, а потом проникался искренним огорчением от своей невнимательности и старался исправиться, окружая заботой. Обладание силой, вопреки опасениям, тоже никак не сказалось на его поведении. Очевидно, он давно научился с ней сосуществовать.
И все же он стал другим. Глядя на его потемневшее, обветренное лицо, она уже не узнавала в нем того мальчишку с беззаботной улыбкой, которая постоянно появлялась на его губах в начале пути. Взгляд его стал более серьезным и суровым, и пережитые испытания наложили неуловимый след. Даже когда они шутили, стоило затихнуть последним звукам смеха, и вскоре он уже выглядел погруженным в себя и сосредоточенным на одному ему известных мыслях. Словно что-то не отпускало его, не давало о себе забыть. Этим он стал напоминать ей Веттинора, в глубине глаз которого ей всегда виделась затаенная грусть.
Но сейчас, появившись из леса, он с победным видом продемонстрировал ей подстреленного фазана, который поблескивал ярким оперением. Правда, довольное выражение его лица сменилось смущением, когда он повернулся, показывая Лани разорванную на спине рубаху, и объяснил, что зацепился в колючих кустах на берегу озера, выслеживая этого фазана.
Лани покачала головой с наигранной укоризной:
– Какой позор, ваше величество! Я, конечно, это зашью, но советую на церемонию коронации надеть что-нибудь поприличнее.
И несмотря на усталость от бесконечного похода, она так ценила эти минуты и не хотела ни на что променять возможность чинить его одежду, готовить еду, смотреть друг на друга, сидя у костра и засыпать рядом, слушая его дыхание, под кровом зеленого леса.
Глава 52. Болото.