Нила кивнула:
– Конечно.
– Постарайся не волноваться, – попробовала успокоить ее Лани. – Сюда никто не придет. Про вас уже забыли, вон сколько месяцев никто не трогает.
– Хорошо бы. Мне ведь теперь есть за кого тревожиться.
– За Триса? О, я думаю, он сможет за себя постоять и тебя защитить.
– Не только. Я говорю про свой секрет.
Она жарко прошептала Лани на ухо:
– Ребеночек у нас будет, – и когда отодвинулась, щеки ее алели, а лицо освещала счастливая улыбка.
– Нила, я так рада! Поздравляю! – Лани обнимала ее опять. – Но почему секрет? Трис еще не знает?
– Нет, я пока не сказала ему. Хочу получше убедиться.
– Послушай, я никак не могу поверить, – говорила Лани, – что этот мальчишка, которого я знала с детства, этот маленький пастушок стал мужем, а скоро будет отцом! Надо же, как получилось – судьба забросила его так далеко от дома, и он встретил здесь тебя...
– Я знаю, как он поступил с тобой. Это не давало ему покоя, он был сам не свой, – сказала Нила. – Спасибо, что простила его. Я вот думаю: окажись я на твоем месте, я бы, наверное, не смогла.
– Человек слаб. Не каждый обладает железной волей, чтобы вынести испытания и выдержать давление обстоятельств. Я рада, что не держала на него зла в своем сердце.
– Я тоже закрыла глаза на этот поступок, хоть и осуждала его. Только если бы он так сделал по отношению ко мне, я бы не смогла оправдать предательство.
– Иногда надо уметь прощать. Надо давать шанс осознать и раскаяться, – убежденно сказала Лани. – Я почему-то не считала это предательством. Разве можем мы долго сердиться на своего ребенка, который соврал, выкручиваясь? Нам будет стыдно за него, мы постараемся дать понять, что он поступил очень плохо, и будем надеяться, что он осознал этот урок и никогда больше так не сделает. Да, я воспринимала это именно так: он просто соврал. Его заставили соврать.
– Но цена этой лжи была слишком высока.
– Да. Только и я чувствовала свою вину. Я ведь отказала ему когда-то. Я тоже сделала ему больно, но тогда совсем не задумывалась об этом. Мне было все равно, я ведь не любила. Даже не думала, что он может говорить серьезно. За этой вечной болтовней не видела его настоящего. А тебе вот удалось рассмотреть.
– Не так уж много он и болтает, – улыбнулась Нила. – Зато с ним не скучно. Всегда есть о чем поговорить.
Они еще долго беседовали, и Лани чувствовала, что обрела подругу, которой ей всегда так не хватало.
Глава 56. Мужики.
Проснувшись и еще лежа с закрытыми глазами, Коннар в первый момент удивился непривычной, но очень приятной смеси запахов дерева и сена, а потом вспомнил, где он находится. Он осмотрелся. Хозяева оставили его одного, в отверстии над головой голубело небо. Такое странное, полузабытое чувство – просыпаться в доме, быть со всех сторон окруженным стенами... Лани права. Слишком долго они скитались. Человеку нужен дом. Так хорошо, когда есть крыша над головой, даже если это чуть больше, чем половинка крыши!
Снаружи доносились голоса и детский смех. Он встал, надеясь, что не проспал неприлично долго, и вышел на крыльцо. Солнце ударило в глаза, заставило щуриться и подсказало, что еще довольно рано. Мальчики умывались, брызгая друг в друга водой, Кота с полотенцем в руках пыталась их угомонить и одновременно что-то обсуждала с Гукой. Вдалеке протяжно замычала корова, в кронах деревьев посвистывали птицы. Такое ясное, безмятежное утро... Он дорого бы дал, чтобы беда обошла это место стороной.
Настроение подпортило только то, что купание в холодной воде не миновало бесследно – Коннар чувствовал, что у него болит горло. Проницательная Кота заметила, как он покашливает, добавила в чай душистых лечебных трав, достала туесок с медом. Когда все напились ароматного чая, Гука повел Коннара осматривать окрестности. Встречные приветливо здоровались и желали доброго утра, они отвечали. Коннар был рад, что настроения изменились, на него уже не смотрели косо, словно покровительство председателя сыграло свою роль. Поселок стоял на пригорке, и все же он спросил:
– Не затопит вас тут весной?
– Кто его знает. До весны дожить еще надо, – Гука по обыкновению был настроен на худшее.