Он ехал домой, не замечая промозглой сырости последних дней зимы. Из-под копыт его жеребца серой слякотью разлетался подтаявший снег, из ноздрей валил пар. Ярость обжигала Веттинора огнем и не давала почувствовать пронизывающий ветер, бьющий в лицо. Он позволил себя провести, вступил в спор, и Фремор тут же воспользовался этим. Хотя они все равно нашли бы повод. А он не мог молчать, поступить против совести. Он должен был отстаивать свою позицию!
Он был спокоен и уверен в себе в начале совета, но как будто большая волна смыла его в море и уносила все дальше от берега. Ему все время приходилось оправдываться. Кроме того, он всегда был слишком далек от слухов, склок и сплетен. Он просто делал свою работу. И сейчас был неприятно поражен тем, что довелось услышать. Словно он, такой гордый, ехал по улице на своем жеребце, а с верхнего этажа на него вылили ведро помоев.
Он не осознавал, как оказался на пороге своего замка, и немного опомнился только, войдя в кабинет. Веттинор смотрел на большой стол, покрытый горой свернутых в трубку донесений, которые он не успел прочитать. Он пока не мог себе представить свою жизнь без всего этого.
Тысячи миль дорог. Долгие часы переговоров. Убеждения, уговоры, лесть, скрытые угрозы, торг, поиск компромиссов… Он добивался своих целей разными путями. И наградой ему была армия Альянса – созданная на его глазах, благодаря его усилиям. Армия, которой можно гордиться, которая дала отпор врагу в сражениях, и одно существование которой сдерживало любые захватнические амбиции. Нельзя сказать, что все так уж плохо. Построенная за последние годы линия укреплений и замков, находящихся в постоянной боевой готовности, никуда не денется. Но он знал, как легко может все развалиться, если не прилагать должных усилий.
Веттинор расхаживал по кабинету, не в силах усидеть на месте. Конечно, ему не давало покоя чувство обиды. Он делал это все не для себя. Он заботился о благополучии всех Вольных земель, он чувствовал свою ответственность за мир и свободу, как бы пафосно это не звучало. И в конце концов, он работал не один. С ним стояло плечо к плечу столько людей, которые верили в общее дело и прилагали все силы, каждый на своем месте. Было невероятно больно думать, что созданное ими оказалось под угрозой.
Страшно не то, что он оказался не у дел. Он это переживет. Время летит так быстро, он и правда не заметил, сколько лет бессменно находился на этой должности. Он бы с легкостью мог отступить, если бы подготовил преемника, который бы продолжил то, над чем работал он и его единомышленники. Хуже всего то, что вместо него пришел человек, который недвусмысленно заявил о намерении все поменять и разрушить. Некомпетентный выскочка, плохо знакомый с военным делом и искусством дипломатии, от которого не следует ожидать создания действительно чего-то достойного и эффективного. Остается только молча смотреть, как дело всей твоей жизни превращается в руины.
Стук в дверь прервал его мысли. На пороге стоял дворецкий:
– Ваше сиятельство, к вам граф Бальнезан. – Он отступил в сторону, пропуская графа. Тот зябко передернул плечами, не снимая подбитый мехом плащ:
– Ну и погодка. Скорей бы уже весна.
Снег был редкостью в этих краях и выпал лишь несколько дней назад, словно зима напоследок решила проявить свой мстительный характер.
Веттинор посмотрел тяжелым взглядом:
– Зачем ты приехал?
– Составить тебе компанию. Чтоб ты тут не спился в одиночестве.
– Я не пил.
– А вот это ты зря. Хорошее вино еще никому не навредило. – Он повернулся к дворецкому, – послушайте, любезнейший, а принесите-ка нам альдосского.
Тот перевел взгляд на Веттинора, получил подтверждающий кивок и удалился.
Бальнезан снял перчатки, подошел к камину и с наслаждением протянул руки к огню. Его волнистые волосы доставали почти до плеч и были густо приправлены сединой, отчего казались серыми.
Веттинор стоял у окна, от которого веяло холодом, и так же холоден был его голос:
– Кого они избрали?
– Дрентона.
– Я в этом не сомневался.
Бальнезан наконец рискнул расстаться со своим плащом и бросил его на край стола. Пригладил тонкую линию усов над верхней губой и узкую бородку.
– Послушай, пока вино не ударило в голову... У меня к тебе предложение. Мне нужен новый министр иностранных дел. В свете того, что происходит, Валькор должен представлять человек с сильной и уверенной позицией. Я не очень доволен тем, как это делается сейчас. Именно поэтому я лично присутствовал на Ассамблее.