– Согласен. Хороший план, – сказал Фодрик. – Но сначала придется идти на юг, чтобы попасть в знакомые мне места. Дорогу на восток преграждают обширные Морамские топи, и не хочется завязнуть в них снова.
– Ты нодарский знаешь?
– Подучил немного, пока был там. Объясниться смогу. Я всегда интересуюсь местными наречиями, когда оказываюсь там, где говорят по-другому.
– Молодец, – сказал Коннар с некоторой завистью. – Веттинор вот тоже знает много языков.
– Тебе не помешает засесть за учебник, пока время есть. Хоть мы постараемся избегать контактов в Нодаре, но общаться с местными все равно придется, – сказал ему Веттинор.
– Да я учил, надо только позаниматься и повторить. Значит, мы теперь ждем, когда мастер Ритмар договорится и добудет нам все бумаги?
– Да, если это вообще получится.
– Даже не представляю, что делать, если у него ничего не выйдет.
– Все уже так настроились, – усмехнулся Фодрик.
Веттинор сказал ему:
– Ты, наверное, теряешься в догадках, зачем нам всё это понадобилось. Просто нужно проверить одну теорию. Можно считать, что у нас чисто научные цели.
– Что ж, науку я уважаю и буду рад внести свой вклад, лорд Веттинор.
Тот поморщился:
– Давай обойдемся без "лордов". Я не люблю барьеры и предпочитаю, чтобы ко мне обращались на "ты".
Фодрик слегка поклонился:
– Как скажете, – и, осознав свою оплошность, улыбнулся. – Мне надо привыкнуть. Ведь вы такое важное лицо.
– Я в отставке и никакую должность не занимаю, так что я уже не важное лицо. А когда мы с тобой начнем хлебать из одного котелка, ты и вовсе об этом позабудешь. Кстати, готовить походную еду мы с Коннаром умеем, чтобы ты не думал, что эта обязанность ляжет на твои плечи.
– Что ж, значит, мне очень повезло с такими спутниками, – и Фодрик вновь широко улыбнулся.
Прошло около месяца, пока посыльный привез Веттинору записку от Ритмара, в которой тот сообщал, что вопрос об экспедиции решен положительно, и теперь нужно подать сведения об участниках для оформления документов. Веттинор лично посетил картографа и узнал, что в полученном им ответе нодарская сторона всецело поддержала стремление описать как можно больше неизученных земель и выразила признательность, что для этого не понадобится их собственных затрат. Он сказал, что в поход отправится три человека, но кроме Фодрика, нельзя называть истинных имен. Ритмар, всплескивая руками и притворно ворча, что от Веттинора одни неприятности, предложил пару своих работников, возраст которых примерно соответствовал. Вместе они составили бумагу с указанием их имен и описанием примет, как того требовали правила оформления пропусков для передвижения в Нодаре. Приметы, естественно, Веттинор указывал свои и Коннара. Был вызван Фодрик как опытный участник, который проверил все подаваемые сведения, и под руководством которого в письме была обоснована необходимость выдать всем троим разрешение на ношение оружия для охоты и защиты, а также разрешение на саму охоту.
Тот же человек, который привез ответ из Нодара, должен был доставить туда всю запрошенную информацию и затем вернуться с оформленными документами. Можно было надеяться, что эти бумаги получится добыть довольно быстро.
Прощаясь, Веттинор спросил Ритмара:
– Что тебе удалось узнать по той теме, о которой мы говорили?
– Люди из Нодара приезжают, это известно на любом постоялом дворе. Благодаря одному из них мне и удалось передать свое письмо. Что они тут делают, трудно сказать. Чаще всего это торговцы, которые изучают спрос. Я не особенно старался выяснять, не мое это дело.
– Ну, спасибо и на том, ты очень помог.
Веттинор подумал, что нужно поговорить с Бальнезаном. Тот, правда, едва скрывал разочарование, когда ему пришлось ответить отказом по поводу поста министра иностранных дел.