– Она не сказала. Наверное, ты сам должен почувствовать. Только пожалуйста, не отнесись к этому легкомысленно. Предмет, который там лежит, очень важен для тебя.
– А ты знаешь, что это?
– Да. Ведь я сама его туда положила.
И теперь он снова держал в руках этот клубок и думал, не будет ли ошибкой покончить со всеми тайнами именно сейчас. Важно ведь не только содержимое клубка, но и его оболочка. Желание дернуть за кончик нити становилось почти непреодолимым, но он все равно сомневался, является ли это тем самым знаком. Веттинор, постучавшись, зашел в комнату с каким-то вопросом и тут же забыл его, когда Коннар поднял на него глаза и сказал:
– Я собираюсь посмотреть, что там внутри.
– Ты чувствуешь, что время пришло?
Коннар выглядел не очень уверенным:
– По правде говоря, ничего особенного я не чувствую, скорее просто любопытство. И стремление узнать, прежде чем отправляться в такой далекий путь, какие у нас есть основания полагать, что эта нить обладает особенными свойствами или что она приобретет их.
– А если ты не поймешь, есть ли эти основания, – что, наш поход отменяется?
– Нет. Пойдем все равно, и будь что будет.
– Может, следует размотать клубок прямо там, перед Разломом?
Коннар слегка сжал его в руке, ощущая пружинящую податливость шерстяной нити, и сказал:
– Я хочу сейчас.
И немедленно, словно боясь передумать, начал разматывать клубок. Нитка витками ложилась на стол, все удлиняясь.
– Подожди, – сказал Веттинор. – Так она запутается.
Он взял кончик нити и стал сматывать в другой клубок. Коннар все тянул за нить, клубок крутился у него на ладони, постепенно худея, и вскоре в нем начали обнажаться очертания какого-то предмета. Даже когда он еще частично был спеленут нитью, Коннар понял, что это печать с шарообразной деревянной рукояткой. Наконец, освободив ее, он развернул печать диском вверх и вгляделся в изображение на нем, не сомневаясь, что там увидит. Это была королевская печать Тайферана. Фигура человека в короне, с мечом за поясом и распростертой рукой, перед которой – шар с волнистыми линиями, исходящими из него, как лучи. Так обычно изображают солнце, но здесь это явно был огненный шар, который способны были вызвать владеющие магией короли.
– Она сохранила ее! – произнес Коннар потрясенно.
– Это малая королевская печать, – сказал Веттинор. – Большая была у короля, а эта – у королевы. Оттиск у них одинаковый, разница в размере и форме рукояти.
Коннар держался за круглую деревянную ручку, которой касались пальцы его родной матери, и словно чувствовал узы, которые связывают его с ней. Он расплавил немного сургуча, капнул на лист бумаги, приложил печать и долго рассматривал получившийся оттиск. Наконец он сказал:
– Я уже давно не сомневался в том, кто я такой, но это стало для меня еще одним доказательством.
– Ты до сих пор нуждался в доказательствах? – Веттинор был удивлен.
– Нет. Разве что в глубине души. Ведь я всегда чувствовал себя обычным человеком.
– А ты думаешь, короли – какие-то особенные? Они тоже люди, только наделенные высшей властью. Даже те, которые обладали магией.
Коннар покачал головой:
– Но чтобы выдержать такой груз ответственности, чтобы принимать верные решения, нужны определенные качества.
– Они есть в тебе. И когда у нас все получится, ты справишься.
– Спасибо! – Коннар усмехнулся тому, как Веттинор старается вселить в него уверенность. Он уже не был ребенком, который нуждается в словах поддержки. Ему было известно, что перед лицом испытаний каждый может сомневаться в собственных силах. Но когда нужно действовать, на раздумья времени не остается, и просто делаешь все, что от тебя зависит. Он был готов, ему даже хотелось поскорее испытать себя.
Они ни разу не обсуждали, что он будет делать, если/когда обретет магическую силу. Возвращаться в Валькор, объявлять о себе и требовать признания в качестве короля, стать во главе армии, идти войной против Нодара? Нет, это не его путь. Он должен сам разобраться с Карсом. Но до этого еще далеко, а пока нужно решить более насущный вопрос. Он сказал:
– Как же теперь поступить с этой печатью? Снова спрятать в клубке и взять с собой?