– Стойте! – сказал он и осторожно поставил ее на землю.
Луна с откушенным справа краешком ярко озаряла лес холодным белым светом, позволяя Лани рассмотреть своих спасителей, которые окружили ее со всех сторон. Здоровый бородатый детина по-прежнему поддерживал ее за плечи и только убедившись, что она не падает, отпустил. Обладателем хрипловатого голоса был человек с острой седой бородкой и пронзительным взглядом. Самый молодой, которого называли Коннар, стоял в профиль, и она рассмотрела только его большой нос.
– Спасибо! – сказала она. – Я могу идти сама.
– Ты говоришь по-тайферански? – удивился Коннар.
– Да. Это мой родной язык.
– Ты подслушивала? – хрипловатый голос стал очень строгим.
– Нет, я не хотела! Простите меня, мой господин! Я только пришла в себя и пыталась понять, что происходит.
– Не надо называть меня "мой господин". Но кто ты, как попала сюда?
– Разве вы не понимаете?
Ей было тяжело признаваться, но по-другому нельзя. Она обязана показывать всем, кто задает вопросы. Лани повернулась спиной и отвела в сторону волосы, чтобы они смогли разглядеть у нее на шее клеймо.
– Что это значит? – спросил Коннар.
– Так нодарцы помечают своих рабов, – ответил Веттинор и обратился к Лани: – Куда тебя отвести? Есть кто-то, кто может тебе помочь? Кто может спрятать?
Она безнадежно покачала головой:
– У меня никого нет. – В глазах появился страх. – Они пошлют Черный патруль. От него не спрячешься.
Обладатель седой бородки свирепо посмотрел на Коннара.
– Ладно, пойдешь пока с нами. Я Веттинор, это Коннар и Фодрик. Можешь называть нас по именам и на "ты", у нас так принято.
– Меня зовут Лани. Спасибо вам.
– Погони быть не должно, но нам лучше как можно скорее убраться подальше. Надеюсь, ты сможешь двигаться в том же темпе, что и мы.
Лани кивнула:
– Я постараюсь.
Коннар дал ей напиться воды, и они тронулись в путь. Ожоги болели, но идти не мешали. В свете луны деревья и кусты отбрасывали причудливые тени. Свежий ночной воздух казался таким прекрасным, что Лани не могла им надышаться. Ей все еще не верилось, что все это не исчезнет, как сон. Совсем недавно она пережила продажу и переезд к новому хозяину, потом обвинение и суд. Сидела взаперти и готовилась к смерти. Стояла у столба, а вокруг разгорался костер. Могла ли она предположить, что после этого окажется в ночном лесу благодаря своим загадочным спутникам?
Фодрик по-прежнему опекал ее – придерживал ветки, чтобы они не ударили ее, подавал руку, когда нужно было перебраться через упавшее дерево, перенес через широкий ручей и много раз помог переступить через ручейки поуже. Возбуждение от того, что произошло, долго поддерживало ее силы. Но вскоре ночь начала казаться бесконечной, все внимание было направлено на то, чтобы не споткнуться о какой-нибудь корень, не зацепиться за дерево или куст и стараться не отстать. Усталость наваливалась все сильнее, ноги гудели. Там, где их коснулось пламя, жгло так, будто огонь по-прежнему тлел, растекаясь по коже. Лани невольно вскрикивала, когда задевала больной ногой невидимую в темноте ветку или корягу.
Шли молча. В ночной тишине было слышно только тяжелое дыхание и звук шагов, да изредка лес пугал непонятными тресками и стонами. Вскоре земля стала более влажной, она пружинила и чавкала под ногами, казалась скользкой и ненадежной. Потянуло гнилью и сыростью.
– Я говорил вам, что где-то здесь начинаются обширные болота, – сказал Фодрик. – Нужно свернуть к югу и обойти их.
– Да пока нормально, еще можно идти. Не хочется делать крюк, – возразил Коннар.
– В болоте никогда не знаешь, где закончится это "нормально". Лезть в него, да еще в темноте – себе дороже. Лучше выбрать более длинный путь, но остаться в живых.
Пока они спорили, Лани присела на заросшее мхом бревно. Глаза у нее слипались. Она совсем не спала прошлой ночью, и бодрствовать вторую ночь подряд казалось почти непосильной задачей. Ей удалось немного подремать, опустив голову, но вскоре кто-то дотронулся до ее плеча со словами: "Вставай, пора идти". Оказывается, остальные тоже успели отдохнуть на этом бревне, но уже собирались в дорогу.