Идти было нелегко. Рано или поздно с вершины холма нужно было спуститься вниз. Склоны были изрезаны промоинами, а ложбины между холмами – глубокими оврагами, так что иногда было проще вскарабкаться на следующий холм и пройти по его широкой спине, чем обходить ямы в распадке.
После таких упражнений Лани едва дождалась дневного привала. Они наскоро перекусили вяленым мясом и вдоволь напились воды. По ночам мужчины по очереди стояли на страже, и днем часто предпочитали вздремнуть, восполняя недостаток сна, пока один из них оставался начеку. Сегодня это был Коннар. Выглядел он уставшим и, кажется, тоже был бы рад растянуться на траве под дикой грушей и сомкнуть веки. Лани спать не хотела, она просто наслаждалась покоем.
– Как твоя нога? – спросил Коннар.
Он видел, что каждый раз, когда Лани садилась или вставала, изменение положения вызывало прилив боли, с которым она старалась справиться, закрыв глаза и опустив голову. Но сейчас она коротко ответила:
– Ничего. – И осторожно спросила: – Можно мне еще раз посмотреть карту?
Коннар оживился:
– Я тебе другую покажу.
Он достал из кожаного тубуса тугой сверток и развернул перед собой. Лани пристроилась рядом.
– Ну-ка, прочти, что тут написано, – он почему-то предполагал, что она начнет читать по слогам, медленно водя пальцем вдоль заголовка.
– "Карта Вольных земель", – охватив взглядом название, сразу сказала Лани. – Какие буквы красивые! Так затейливо нарисованы.
Коннару нравился восторг, с которым она рассматривала голубые прожилки рек и озер, зеленые пятна лесов с крошечными деревьями, изображенные коричневым цветом холмы и серым – горные вершины, маленькие домики на месте небольших поселений и остроконечные замки, обозначающие города. Волнистые пряди ее волос упали на карту, и она заправила их за ухо нетерпеливым жестом.
– Птице, глазами которой мы смотрим, пришлось подняться высоко-высоко, чтобы охватить взглядом все страны, – объяснял Коннар. – Но вот эти линии, нарисованные красным, она не смогла бы увидеть. Это – границы, которые придумали люди, так что изображены они здесь условно.
Он начал показывать, проводя пальцем по линии границы:
– В Альянс Вольных земель объединились девять стран: Валькор, Альдос, Канигор, Милатон, Рилея, Марсай, Айлан, Энимур, Доджия. Эти страны решили совместно противостоять угрозе, которая исходит от Нодара, помогать друг другу, и в случае нападения на одну из них выставить общую армию, которая поможет отстоять независимость.
– А если в этих странах правители поссорятся и начнут воевать друг с другом?
– Хороший вопрос. По условиям договора тот, кто нападет, будет иметь дело со всей армией Альянса. Так что эта система помогает поддерживать мир внутри Вольных земель. Вот здесь на островах лежит Равад, который тоже был членом Альянса, но предпочел выйти оттуда. Правда, им удалось самостоятельно несколько лет назад в морской битве так разгромить корабли Нодара, что он теперь даже не пытается восстановить свой флот.
В голосе Коннара звучала гордость. Он до сих пор считал Равад своей родиной, и хотел бы сказать об этом Лани, но не мог.
– А вы сами из Валькора? – ненароком поинтересовалась Лани, но ответа не получила.
С горящими глазами она рассматривала карту, читала вслух названия городов, которые звучали так странно и волнующе. Мир, о котором она раньше ничего не знала, оживал в ее воображении, становился все больше.
Но не менее чем сама карта, ее волновало то, что она сидит сейчас рядом с Коннаром. Было жарко, он закатал рукава. Лани не могла оторвать взгляд от его рук. Переплетенные выпуклыми линиями синеватых вен, покрытые короткими темными волосками, они казались другой картой, со своими реками, лесами и холмами. Ей очень хотелось, чтобы он перестал водить пальцем, показывая столицы и границы, а взял ее за руку, чтобы ощутить его прикосновение. Он иногда так делал, помогая ей в пути, но это было мимолетно, а сейчас она бы не отказалась, чтобы он все время держал ее руку в своей и рассказывал про дальние страны...