Усилия США по возвращению домой пары миллионов рабочих мест в промышленном секторе меркнут по сравнению с почти 100 миллионами рабочих мест, перемещаемых из Китая в Мьянму, Бангладеш, Эфиопию и другие страны с низкооплачиваемой и низкоквалифицированной рабочей силой. К 2020 году поставщиком львиной доли международной рабочей силы станут развивающиеся страны Азии и Африки. По мере совершенствования инфраструктуры на этих развивающихся рынках промышленники могут быстро переводить сюда свои мощности, тем самым ужесточая конкуренцию. Всегда найдется «очередной Китай», готовый взять на себя трудоемкое и низкооплачиваемое производство, в то время как китайские компании, такие как, например, Huajian Shoes, один из крупнейших производителей одежды в мире, перемещают производство из Китая в свободные экономические зоны в Эфиопии [5]. Потоки труда и капитала меняют направление, но при этом неуклонно растут.
Теоретики международной торговли, инвестиционные банкиры и высокотехнологичные компании называют это эпохой гиперглобализации. Если сравнить глобализацию с воздушным шаром, то мы пока только начали его надувать. Западные эксперты демонстрируют необычайную недальновидность в отношении глобализации и склонны путать интернационализацию — масштабы которой существенно разнятся в разных отраслях и на разных этапах экономического цикла — и глобализацию как постоянно растущую способность к глобальному взаимодействию. Никакие статистические данные не смогут отразить ее истинный масштаб. Объемы операций, будь то торговля валютой, грузоперевозки или экспортные поступления, подвержены постоянным колебаниям, но способность системы к глобальной деятельности — гораздо лучший индикатор направлений развития глобализации. По сути, нет смысла говорить о глобализации в будущем времени, речь может идти только о степени связанности.
МЕРА ВЕЩЕЙ
Десять лет назад из Индии и Африки часто слышались заявления о недопустимости игнорировать миллиард человек, будто их численность уже сама по себе много значит и, в частности, дает право на представительство в Совете Безопасности ООН. Однако мир способен на это, да и вполне успешно игнорирует миллиард человек, если они бедны и беспомощны, разобщены и не являются активными участниками международного сообщества. Только при условии подключения к глобальной экономике миллиарда африканцев или индийцев их страны могут рассчитывать на конструктивный диалог.
Стратегическое значение, традиционно определявшееся размером территории и военной мощью, сегодня в большей мере зависит от степени влияния через каналы связи. Ключевым фактором влиятельности государства стало не его местоположение или численность населения, а его подключенность — физическая, экономическая, виртуальная — к потокам ресурсов, капитала, данных, талантов и других ценных активов. Например, и в Китае, и в Индии проживает около полутора миллиардов человек, но доля Китая в мировом объеме импорта составляет около 10 процентов, а Индии — всего 2,5 процента. Китай — ведущий торговый партнер для более чем сотни стран (что превышает показатель США), а Индия — только для Кении и Непала. Согласно результатам исследования J.P. Morgan, 1-процентное снижение ВВП Китая приводит к 10-процентному падению цен на нефть. С точки зрения расстановки сил на мировой арене вряд ли для какой-то страны отношения с Индией окажутся важнее, чем с Китаем, даже несмотря на то, что по численности населения Индия уже опережает Китай.
Но даже если Китай по объему ВВП превзойдет США, а юань присоединится к доллару в корзине резервных валют МВФ, США по-прежнему будут иметь самую взаимосвязанную финансовую систему, контролирующую практически половину всех мировых финансовых активов общей стоимостью почти 300 триллионов долларов. В долларах США хранится львиная доля мировых валютных резервов; рынок американских государственных облигаций составляет около 12 триллионов долларов и на данный момент самый большой в мире; объем американского фондового рынка оценивается примерно в 35 триллионов долларов — около половины мирового фондового рынка; кроме того, в США крупнейший рынок корпоративных долговых обязательств (одновременно лидирующий по объему выпуска номинированных в евро корпоративных облигаций). Правительства стран, банки, компании и отдельные люди в большей мере интегрированы в американскую финансовую систему, чем в любую другую.