Она опускает голову, и весь запал покидает её тело.
— Ты прав. Этого должно быть достаточно.
Но то, что она говорит на самом деле, этого недостаточно. И это лишь подтверждает то, о чем я сам думал всё это время. Она здесь, потому что должна быть. Она никогда не увидит во мне никого, кроме человека, который разрушил её жизнь. Я не знаю, чем, чёрт возьми, я занимался, играя с ней в «семью». Целуя её, трахая и нашептывая по ночам всякую чушь на ушко. Если раньше это было неясно, то теперь совершенно очевидно, Айви презирает меня за то, что я сделал, и так будет всегда.
Я не герой.
И, кажется, мне пора об этом вспомнить.
— Ты в порядке, приятель? — Голос Рипера прорезает тишину подвала, и я моргаю, глядя на него.
Его взгляд прикован к моим рукам, всё ещё покрытым пятнами крови двух бесполезных отбросов, чьи жизни я сегодня прервал. Мне даже в голову не пришло их смыть, и это очень красноречиво говорит о том, как далеко я зашёл с тех пор, как всё это начиналось. Но тот факт, что Рипер вообще сидит здесь и спрашивает, в порядке ли я, говорит о многом и о нём самом.
Когда мы познакомились, этот человек был практически роботом, но его жена Саша очеловечила его так, как я даже представить не мог. Когда я вижу их вместе, невозможно отрицать чистую любовь в его глазах. Они умрут друг за друга. Они будут сражаться друг за друга. Это та любовь, из-за которой начинаются войны, и я всегда немного завидовал этому.
Мы можем быть безумной, кровожадной сворой идиотов, но в конце дня мы хотим вернуться домой к теплой постели и красивой женщине, которая любит нас, несмотря ни на что. Я никогда не считал себя парнем, который хотел бы такого, но в своем одурманенном состоянии могу признаться, что хочу Этого. Но после того, что Айви сказала мне сегодня вечером, я не уверен, что когда-нибудь получу это.
— Она не просто девушка, — заплетающимся языком говорю я. — Всё гораздо сложнее.
Ронан реагирует на мое пьяное признание в своей обычной манере:
— Если это не было очевидно до чёртиков, то я даже не знаю, что тогда очевидно.
Я делаю ещё один глоток из полупустой бутылки виски, которую держу в руке.
— Она не такая, как твоя жена.
— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Ронан.
— Она со мной не потому, что без ума от моей тупой задницы. Она вышла за меня только потому, что у неё не было выбора.
Ронан пожимает плечами и вырывает бутылку у меня из рук.
— Они не обязаны любить тебя с самого начала. Время расставит всё по местам.
— Возможно. — Но у меня есть другие идеи. Идеи, которые хорошими может счесть только пьяный в стельку мужик. — Не подбросишь меня до дома?
В доме тихо, и, немного осмотревшись, я нахожу Айви спящей в кровати Арчера. Я ожидал этого, но оттого пощёчина судьбы не становится менее болезненной. Она не хочет иметь со мной ничего общего, и если её слова не дали мне это понять раньше, то это - определенно. И всё же я медлю в дверях, глядя, как она спит, обдумывая свои намерения.
То, что я собираюсь сделать, нельзя будет исправить. Правда изменит всё. Она откроет мне глаза и, вероятно, испортит всё к чертям, но я устал играть с ней в притворство. Мне нужно знать, что она чувствует на самом деле, и есть только один способ выяснить это. Но это нисколько не уменьшает моего желания прийти к ней. Встать перед ней на колени и умолять о сладких словах и ложных обещаниях. Обещаниях того, что она сможет, почувствовать ко мне то же, что я чувствую к ней прямо сейчас.
Вот только это сделало бы меня слабым, а я никак не могу быть слабым. Не с Айви. Есть только одно решение для этого бардака, и оно не в этой комнате. Я закрываю дверь, скрывая её от своего взгляда, прежде чем нетвердой походкой направляюсь по коридору в нашу спальню. Мои глаза рыщут по пространству, которое пахнет ею. Теплое, манящее и такое сладкое, что я почти чувствую её вкус.
Её вещи перемешаны с моими. Её одежда в комоде, обувь в шкафу. У неё так мало всего, но то, что есть, теперь здесь. Я обшариваю всё, прежде чем нахожу то, что искал, спрятанное в маленьком отделении её рюкзака. Потрепанные страницы её дневника, хранящие секреты, которые, как я часто видел, она записывала, когда думала, что я не обращаю внимания.
Я пролистываю первые несколько страниц, датированных годом назад, и то, что я нахожу, превращает виски в моем желудке в горькую кислоту. Это подробный отчет о её жизни с Муэрто. Повествование без прикрас о больных вещах, которые он с ней вытворял, и угрозах, которыми он заставлял её подчиняться. Там столько подробностей, что у меня не хватает духу читать их все.