Его взгляд скользит к моей руке, и он качает головой:
— Ты лживая сука. У тебя даже кольца нет.
— Мы делаем их на заказ. У меня его ещё нет, но мы от этого не перестаем быть мужем и женой. Можешь проверить, если не веришь. Загляни в судебные записи.
Слик колеблется на долю секунды, и я уже думаю, что достучалась, но он фыркает:
— Он понятия не имеет, где ты, и никогда не узнает.
Хуже всего то, что это, вероятно, правда. Я не знаю, что Арчер сказал Конору, когда тот пришёл домой, но мальчик был так напуган, что вряд ли мог вымолвить хоть слово. Конор решит, что это были Локо, и к тому времени, как он начнет меня искать, я уже давно исчезну.
Когда Слику наконец удается обмотать веревку вокруг моих запястий, я дергаюсь, и он рычит:
— Перестань вертеться, чёрт возьми.
Он исчезает в коридоре, чтобы позвонить. Он говорит приглушенно, но я понимаю, что он недалеко. Мы в какой-то части города, которая выглядит пугающе запущенной, судя по тому, что я видела из окна. Слик заставил меня откинуться на спинку сиденья с закрытыми глаза всю дорогу, но в этом здании есть что-то странно знакомое. Запах, облупившаяся краска, само ощущение ужаса. Не могу понять, почему я так чувствую, ведь я точно никогда здесь не была.
Это арендованное офисное помещение. Только здесь нет офиса. Просто пустая комната со столом, парой садовых стульев и односпальным матрасом в углу. На матрасе лежит куча маленьких пакетиков, готовых к распространению. Похоже, кокаин. И это не единственное место, где я его вижу. На столе дорожки порошка, оставленные, как я догадываюсь, Сликом.
Он упоминал местных, а значит, мы на территории какой-то банды. Это не сулит мне ничего хорошего, особенно если он толкает наркотики для них. Шансы на то, что кто-то поможет мне здесь, ничтожны, даже если мне удастся сбежать.
Тем не менее, мои глаза сканируют комнату в поисках оружия, пока я пытаюсь ослабить верёвку, но ничего подходящего нет. Я как раз пытаюсь подвинуть стул ближе к столу, когда Слик возвращается и грозит мне пальцем:
— Ты не очень-то умна, знаешь? — он наклоняется, и я чувствую его дыхание. — Но характер у тебя есть, а я всегда любил женщин с характером.
Меня тошнит от одного взгляда на него, а он гладит меня по щеке с такой мерзостью, что я не могу это вынести:
— А знаешь, я передумал. Пожалуй, вернусь-ка я за твоим сыном. Если то, что ты говоришь, правда, лучше не оставлять свидетелей.
Я начинаю биться, яростно мотая головой и умоляя его:
— Он ничего не видел! Он ничего не скажет!
— Я не монстр, — Слик отстраняется и смотрит на часы. — Если будешь делать всё, что я скажу, я прослежу, чтобы с пацаном всё было легко.
— Пошел ты! — кричу я. — Сраный кусок дерьма! Я сама тебя убью...
Его рука обрушивается на моё лицо, и кажется, будто щека взорвалась. Остальные слова замирают на губах, когда его пальцы сжимают моё горло в качестве предупреждения:
— Заткнись, мелка сука, или я заткну тебя навсегда.
Я не смогла бы говорить, даже если бы захотела. К тому времени, как он отпускает меня, я хватаю ртом воздух. Видимо, он не хочет рисковать, потому что достает из ящика стола тряпку и запихивает мне в рот.
В коридоре слышится стук, и Слик уходит, а я пытаюсь придумать, что делать. Ещё рано. Конор обычно возвращался поздно. Мало шансов, что он дома сейчас, а значит, Арчер один. И даже если дом Конора надёжен, это не значит, что Слик не найдет способ войти.
Слёзы текут по лицу, пока я бьюсь телом о стул, отчаянно пытаясь освободиться. Но прежде чем я добиваюсь хоть какого-то успеха, Слик возвращается с другим мужчиной. Парень моложе, с теми же чертами лица. Отец и сын.
Новичок издает тихий свист, и Слик бьет его по затылку:
— Не строй никаких идиотских планов. Она моя.
Сын Слика закатывает глаза:
— Да ладно.
— Сядь и следи за ней, — командует Слик. — Не двигайся. Не звони дружкам и не залипай в телефоне. Если она издаст хоть звук, души её, пока не заткнется. Всё чертовски просто, понял? Справишься?
— Конечно, — ворчит младший. — Я не идиот.
— Вернусь максимум через час, — говорит Слик. — И не смей её трогать. Мне не нужны твои объедки.
Он исчезает в коридоре, а парень облизывается и одаривает меня похабной ухмылкой:
— Старик иногда достает, но в бабах он знает толк.
Я выплевываю платок и заставляю себя успокоиться. Этот тип туп, как и говорил Слик. Может, я смогу его развести. Это может быть мой единственный шанс выбраться.
— Я Айви, — говорю я ему. — А ты кто?
— Тише, тише, — он грозит мне пальцем. — Тебе ведь запрещено разговаривать, да?
Я пожимаю плечами и выдавливаю улыбку: