– Здорово, что прислали именно вас, – искренне проговорил Скворцов. – С вами приятно работать.
– Рад слышать, Владимир Андреевич, рад слышать, – улыбнулся Попов.
Макушкин почти никогда не улыбался и крайне редко называл лейтенанта по имени отчеству. Уже за одно это Скворцов был признателен Попову.
– Ну, надеюсь, здесь ничего нового не стряслось? – спросил Попов, переходя к делу.
– Слава богу, нет, – ответил Скворцов, – того, что произошло, более чем достаточно.
– Удалось ли что-нибудь выяснить о нападении на Еремея Галактионовича? – спросил Попов.
– Ничего, – развел руками Скворцов. – Никаких свидетелей. Все были в лесу, но поди разбери, кто напал на него?
– А палку нашли?
– Нет, – покачал головой Скворцов. – Вы видели Еремея Галактионовича, Кирилл Александрович? Как он?
– Слаб, – грустно проронил Попов, – вид весьма жалкий.
– Да, не повезло, – сочувственно произнес Скворцов. – Ермолкин, небось, бушует?
– Совсем буйный стал, – подтвердил следователь. – Каждую минуту из штанов выпрыгивает.
И он с подробностями пересказал Скворцову все события понедельника.
– Да, – покачал головой Скворцов, – похоже наш Олег Константинович не на шутку разъярился. Знаете фильм «Фантомас разбушевался»? Я недавно смотрел в кино. Очень напоминает нашего прокурора.
Попов тоже видевший этот фильм, по достоинству оценил меткость сравнения лейтенанта. Отсмеявшись, он серьезно спросил:
– Ну, так в чем же, все-таки, суть этого дела, Владимир Андреевич?
– Будь я проклят, если что-нибудь здесь понимаю, – честно признался Скворцов. – Череда непонятных злоумышлений, несостоявшихся покушений. Вам ведь известны все факты, Кирилл Александрович?
– Да, я владею материалом, – невесело кивнул Попов, – но у меня нет ни малейшей идеи, что делать, а между тем Олег Константинович требует результаты в кратчайший срок.
– Вот сам бы и ехал сюда расследовать, – сердито проговорил нелояльный Скворцов.
– Что толку бить языком, – вздохнул Попов. – Скажите лучше, что поделывает Таисия Игнатьевна?
– Таисия Игнатьевна, – оживился Скворцов, – принимает деятельное участие в расследовании.
– У нее есть какое-нибудь объяснение всем этим событиям? – поинтересовался Попов.
– Не знаю, Кирилл Александрович, может и есть, да только она ничего не говорит. Если хотите узнать ее мнение, пойдите и спросите ее сами.
– Так я и сделаю, – решил Попов.
– Здравствуйте, Кирилл Александрович, – радушно поприветствовала гостя Таисия Игнатьевна. – Целый год мы с вами не встречались.
– Верно, – кивнул Попов, – но наши встречи всегда обуславливаются печальными обстоятельствами.
– Вы абсолютно правы, – грустно вздохнула Таисия Игнатьевна. – Садитесь, выпейте чайку.
– С удовольствием, – согласился Попов.
– Как здоровье Еремея Галактионовича? – тщательно размешивая ложечкой сахар спросила Таисия Игнатьевна.
– Неважно, но он должен выкарабкаться.
– Печальный случай, – покачала головой Сапфирова. – Мне просто стыдно за наш Полянск.
– Деревня, сама по себе, ни в чем не виновата, – жестко заявил Попов. – Виноват один конкретный человек.
– Или несколько, – задумчиво произнесла Таисия Игнатьевна.
– Несколько? – ухватился за эту мысль Попов. – Вы хотите сказать, что все эти покушения дело рук нескольких человек?
– Понятия не имею. Не обращайте внимания. Это так, мысли вслух.
Попов резко наклонился к собеседнице.
– Таисия Игнатьевна, – взволнованно проговорил он, – я хочу, чтобы вы мне помогли, слышите. Помогли, как в прошлый раз.
– Но я же не Господь Бог, – развела руками Сапфирова.
– Тем не менее, – упорствовал Попов. – Я уверен, вы догадываетесь, кто преступник.
– Не имею ни малейшего представления, – честно заявила Сапфирова.
– Но мне же совсем не за что зацепиться, – захныкал Попов. – Может быть, вы благодаря своей проницательности заметили или услышали что-то, что ускользнуло от других. Нечто способное навести на след.
– Порой, мне кажется, что я знаю нечто важное, – подумав сказала Сапфирова. – Это живет в глубине моего подсознания, но я не могу понять, что я знаю.
– А вы попытайтесь, – настаивал следователь, – попытайтесь.
– Ну, я боюсь, как бы у меня не вышел заворот мозгов, – пошутила Сапфирова.
– Ну вот, вы все шутки шутите, – обиделся Попов, – а мне, между прочим, совсем не до смеха. Скажите, как по-вашему, почему напали на следователя?
– Не знаю, – пожала плечами Сапфирова, – может быть, он что-то выяснил? Вам он что рассказал?
Попов подробно передал ей слова Макушкина, а также рассказал о допросе Морозовых и Авдеевой.