Он лежал в своей новой мастерской, на постели, которую наспех соорудил неделю назад, решив, что будет сюда не просто приходить поработать, но постоянно жить. Такого Света как здесь, не было нигде, - воистину, чем выше к небу, тем сильнее жизнь в самых благих ее проявлениях. Когда в шесть-семь утра солнце набирало силу, Демон превращался в мифического древне-римского полубога, состоящего не из плоти и крови, а из светящегося эфира и душистой амброзии. Земля больше не притягивала, она, словно брошенная женщина, дымилась где-то внизу выхлопными газами машин, паром котельных, дымом сигарет. Стелилась под ногами прохожих, которые давно и безуспешно пытались освободиться из этого рабства, земля больше не надеялась вернуть одного из своих верных подданных, когда-то боготворивших ее, а ныне, променявшего ее на безудержный полет, сулящий свободу и неизвестность.
Дэмон мог поклясться, что впервые за всю жизнь он увидел, как выглядит счастье. Недавний сон подробно вспомнился. Удивительно. Он бросил взгляд на широкий подоконник и обомлел, среди хаотично разбросанных карандашей и кистей, лежало павлинье перо, маленькое, молодое, но уже искрящееся радугой спектра. Радостное столь же, сколь и это весеннее утро. Отныне, ему было на кого положиться, Дэмон зажмурился от удовольствия и по-юношески порывисто отбросил одеяло...
Божена. Открой глаза
Итак, Божена решилась на расследование. Для этого, ей надо было проникнуть в мир, где ни один вопрос не остается без ответа, нужно только уметь слышать и чувствовать. Этим искусством она владела. Привычно настроившись, она попала на лесную карусель - уже знакомый портал, коим пользовалась многократно. Оставалось четко сформулировать вопросы. От этого зависел выбор места «приземления».
Что для нее было самым важным? «Любит ли он меня?» - вопрос, затертый до дыр со времен первых осознанных союзов между мужчиной и женщиной. Нет, у Божены было несколько иное отношение к чувственным иллюзиям. Могла ли она дать определение «любви», ни разу с ней не столкнувшись? В этом плане она была на равных условиях с Бжиневски. Именно в этом - незнании любви - он признался ей в переломный день.
«Я хочу познать душу этого человека», - произнесла Божена и зажмурилась. Карусель закружилась, так продолжалось пару минут, затем тихий мужской голос произнес - «Открой глаза». Вместо лесного портала - поле, земное, просторное, малахитово-изумрудное, усеянное, словно отделочной вышивкой, стройными люпинами. В этой безыскусной картине крылась тайная подсказка, - так ли уж ирреальное измерение далеко от физического, земного.
Все, что Божене оставалось, идти вперед. Она пошла, прикасаясь, как в детстве, ладонями к травяному шелку, колыхающемуся от легкого ветра. Солнца не было видно, но ощущалось его тепло. Пробежала кончиками пальцев по россыпи сиреневых кареток с белыми усиками внутри, улыбнулась - «неужели я не на Земле?». И почувствовала вдруг чье-то присутствие. Оглянулась. Никого, но кто-то невидимый совсем рядом шел вместе с ней, не приминая травы, не оставляя следов. Тогда Божена решила заговорить.
- Я знаю, ты слышишь меня, и хотя не знаю, кто ты, давай поговорим.
- Ты пришла сюда за ответами, спрашивай.
- Ты мой ангел-хранитель?
- Ангелы живут выше. Что касается хранителей, может быть, самую малость. Во всяком случае, ты не должна меня бояться. Я не причиню тебе вреда, но и советы давать не буду. Воспринимай меня как просто собеседника. Надеюсь, во время нашего разговора ответы придут сами собой.
- Хорошо, спасибо тебе. У меня есть друг...
- Это замечательно.
- Да, но было время, когда я просто наслаждалась тем, что он рядом, а сейчас...
- Сейчас что-то изменилось?
- Он произнес недавно фразу, которая зацепила меня и стала причиной моего беспокойства.
- А именно?
- «Одиночество делает нас строже», - после этих слов Божене показалось, что ее собеседник исчез. Она немного подождала, прошла чуть вперед, замерла, прислушалась, наконец возникло ощущение, что он вернулся.
- Да, любопытная фраза, но почему она так взволновала тебя?
- Мне кажется, я ее уже где-то слышала.
- Это имеет отношение к вашему союзу? Что это меняет?
Божена задумалась, действительно, что ей дался этот парафраз. Подумаешь, дежавю, кто-то где-то когда-то сумничал, но причем тут Ян и их единство. «Единство» - вот опорное слово, Божена очнулась.
- Единство, вот, что меня будоражит. Суть не в этой фразе, - призналась она собеседнику, - суть в том, что мне кажется, будто я люблю этого человека, а он...