Дорогие мои, вы слишком серьезно ко всему относитесь. Хотя могу понять ваше беспокойство. Я рад, Босх, что ты вернулся. Надеюсь, причины, по которым ты здесь - уважительны и оБосхнованы. Господин Бжиневски, вы удивлены? Все наладится. Божена, девочка моя, ты оказалась перед выбором - кто есть кто, замечательная формула идентификации. Кем был и кем является твой любимый мужчина. Кто из этих двоих имеет право быть рядом с тобой. Однако, вопрос гораздо мучительнее, чем кажется на первый взгляд, - кого ты примешь за подлинного возлюбленного, кто мил твоему сердцу - и это два разных понятия. Подлинность может тебя разочаровать. Давай не будем лукавить - ты не готова выбирать. Кажется, я что-то помню относительно этой темы - «обычно приходится выбирать, только если нет того, что нужно. Мы выбираем между плохим и худшим...». Кажется, это твои слова.
Божена согласно кивнула.
Тогда я продолжу. Самое время вспомнить один разговор.
Лабард тихо щелкнул пальцами, и Божена мгновенно перенеслась в ситуацию, прожитую ею несколько месяцев тому назад на земле. Париж, ранняя весна, «Лавка древностей» Яна Бжиневски. Они сидят за столиком у окна. В глубине магазина, за прилавком маячит помощник Яна - Азар Лайош.
- Итак..., - Ян улыбнулся, пристально посмотрев на Божену.
- Я разговаривала с Богомилом Александером..., - Ян перебил ее
- Я знаю. О чем вы хотите поговорить?
Божена сделала резкий вдох, какой обычно делает человек, желающий начать мысль с красной строки, но вдруг осеклась, Едва заметная улыбка солнечным зайчиком скользнула по губам Бжиневски.
- Я хочу поговорить о Вас, о том, что вы видели, испытали, через что прошли.
- Это материал не для статьи.
- Вы хотите сказать, что это материал для книги?
- И это тоже. Но я о другом. Все что я прожил и испытал - не для всех. Вы можете рассказать о фактах, но есть понятия, которые человек постичь неспособен.
- Например?
- Что такое Космос?
- Космос - это система звезд, космических тел, черных дыр и...
- Хорошо, я вижу, что вы знаете. Мы не на экзамене. Как вы себе представляете Космос?
- Вселенная, Галактики...
- А дальше?
- Что дальше?
- Космос бесконечен, а что такое по-вашему бесконечность Космоса?
- Бесконечность нельзя представить, на то она бесконечность...
Ян улыбнулся.
- Можно, просто это недоступно человеческому разуму...
На этой реплике Бжиневски за спиной Божены раздался хриплый голос: «Миром правят педерасты и жиды...». Она вздрогнула, обернулась, перед ней стоял добропорядочного вида мужчина неопределенного возраста, довольно грубое рыбацкое лицо странным образом контрастировало с умными бледно-голубыми пронзительными глазами.
Посмотрев ниже, Божена увидела руки, для бомжа непривычно ухоженные, почти выхоленные. Длинными гибкими пальцами он мял тонкую вышитую бисером салфетку. Его взгляд был устремлен куда-то в сторону, по крайней мере, на Божену с Яном он не смотрел. Лицо выражало эмоции путешественника, усталого и счастливого одновременно.
- Кто это? - Божена обернулась к Яну.
- Это народ, - сказанное прозвучало с той изысканной простотой, что подтверждает истинность слов.
- Народ? В каком смысле?
- В самом прямом, - Ян поднял глаза на Божену, и она вздрогнула, - это был взгляд не человека, а существа дальнего, уже давно не принадлежащего миру земному, - тот самый народ, который так презирает верхушка, но ради которого Бог создал явный мир.
- Он блаженный?
Ян молчал. В лавке зазвенел колокольчик.
- Вы считаете так потому, что сами думаете подобным образом, но боитесь произнести это вслух?
Невооруженным взглядом можно было увидеть, что вопрос попал в цель. Божена покраснела. Последний раз с ней приключилась эта беда, когда один из ее ухажеров заявил, что она не умеет заниматься сексом. Ей было 17 лет. Сейчас ей было намного больше семнадцати, но проникновение в потаенные мысли со стороны абсолютно незнакомого человека немало взволновало ее.
- Я нормально отношусь и к тем и к другим.
- Что значит «нормально»?
- У меня много знакомых евреев и...гомосексуалистов, - последнее слово она произнесла с полувздохом.
- Переводя с общепринятого языка на ваш собственный, вы их терпите.
- Разделение по национальному признаку несправедливо. А сексуальная ориентация - личное дело каждого, так же, как и вероисповедание.