- Что делает тебя счастливой? - неожиданно спросил Джей-Кью,- его голос - не мужской, но и не детский навеял Божене воспоминание о тех голосах, что звучали с виниловых пластинок в далеком дестве - сказочно-ласковые, они пробуждали в ней веру в настоящее счастье, когда на сердце тепло и в душе уютно.
- Что делает меня счастливой? - она повторила вопрос вслед за лукавой душой Интерриума, которая сейчас, в этом измерении, могла позволить себе все, что угодно - испытание, искушение, ликование, посвящение, откровение и так далее. «Это и есть могущество», - подумалось Божене, но вслух она произнесла:
- Я была счастлива, когда он был рядом.
- Кто он? - Джей-Кью нарочно задал этот вопрос очень тихо, так, что, наверное, в реальном мире она бы его не услышала, но здесь - даже шепот песка и трение друг о друга молекул воздуха - все было явным.
«Кто он?» - что она могла ответить? К чему - к чувствам или разуму - должна была обратиться за помощью? Божена пребывала в странном состоянии, которое некоторые врачи называют «мертвенным аффектом», когда человек перестает чувствовать, осознавать и мыслить, у него будто атрофируются все умственно-сенсуативные процессы. Он замирает - как неведомое тело на промежуточной стадии в коконе, внутри которого уже не гусеница, но и еще не бабочка.
Тот, кого она звала по имени - Ян - носил совсем другое имя, имел иной облик, точнее, у него было огромное множество обликов, он мог обернуться кем угодно, и этого «кого угодно» она могла просто не узнать, что и произошло. Теперь она знала - его зовут Босх. Странное имя, глухое, краткое, не терпящее возражений. В то же время, таилась в нем многовековая глубина, космические расстояния, неисчисляемые данные, постичь которые Божена не могла.
Миражник стоял рядом и смотрел куда-то вдаль. Божена проследила за его взглядом - антураж изменился, это была другая комната.
- Мы поднялись на следующий этаж, - сказал юноша необыкновенно ласково. Ты хочешь сделать выбор и перед тобой две души, по сути, они не сильно разнятся. Они - одно и то же, просто угол зрения разный.
- Что вы хотите сказать?
- Скажи, пожалуйста, закат и восход - для тебя разные понятия?
- Конечно. Ведь в первом случае солнце садится, а во втором - встает.
- Да, но в тот момент, когда оно прячется за горизонт на одной стороне земного шара, на другой оно поднимается из вод океана. Значит - это одно и то же?
- Похоже, что так.
- Так во всем остальном, все, что составляет вашу жизнь, ваши понятия, сознание, определения - все противоположности содержат в себе себя. Даже, прости меня грешного, Бог и Сатана...
- Что? - Божена непроизвольно вздрогнула...
- ...одно и то же. Космический океан полон материи и антиматерии. Человек состоит из этих же полюсов - из материи и антиматерии. В любую минуту он готов поглотить сам себя или породить себе подобных. Он - бездна и край, за которым встает-садится солнце, он - пустыня и вода, страх и отвага. Загляни в себя, ты ведь так слаба и сильна одновременно. В эту самую минуту ты готова прыгнуть с обрыва вниз, но душа твоя дрожит от страха перед неверным выбором. Пойми, Божена, нельзя выбрать между добром и злом, потому что они взаимосвязаны. Нельзя идти, не останавливаясь или стоять вечно.
- Я должна понять.
- Кого любить? Ты уже это поняла, и никогда не сможешь отказаться от этих двоих мужчин, даже когда ты покинешь этот мир, они будут с тобой, придешь в новое воплощение, и все останется так же. Ты не одна такая, это закон мироздания. Сейчас меня больше волнует другой момент...
- Какой же?
- Ты стоишь перед выбором: остаться здесь или вернуться на Землю.
Божена отвернулась. Ей очень не хотелось, чтобы Джей-Кью при взгляде на нее получил подтверждение своей правоты. Она догадывалась, почему должна вернуться. Женщина всегда чувствует такие вещи, но материнский инстинкт был в ней слаб. Ее не очаровывала волшебная возможность сотворить внутри себя новое существо и выпустить его в мир форм и иллюзий. Она не нуждалась в тех милых повседневных ритуалах, что отличают женщину бездетную от матери. Не хотела Божена быть матерью. Природная данность дремала в ней, и она не испытывала по этому поводу дискомфорта.