- Комендант, на этот счет можете не беспокоиться. Босх знает.
- Да, Босх знает...
- На вашем месте я бы поволновался за земную женщину, над которой экспериментирует Босх. Как ее зовут?
- Божена, - Лабард снова впал в прежнюю меланхоличную задумчивость, - Штольц, земные женщины давно перестали быть беззащитными, и Божена из числа тех женщин, кто знает и чувствует лучше нас всех. Ее не так легко обмануть, как тебе кажется. Я не исключаю ситуации, что в итоге пострадавшей стороной окажется наш коллега...
- Босх?
- Именно он.
- Ему-то что станется?
- Как знать, как знать, - Лабард взял из рук Штольца книжку, которую тот листал, и раскрыл на случайной странице.
- Ты думаешь, эта страница открылась случайно?
- Конечно, нет.
- Тогда почитай.
Лабард протянул книгу Штольцу, и тот пробежал глазами строчки, которые каким-то едва уловимым свечением выделялись из общего текста. «Иллюзии - опасны и чудотворны. Они могут исцелять и умервщлять. Но человек использует лишь их отрицательную силу, не осознавая, как близко находится от вожделенного рая...».
Штольц закрыл книгу и вопросительно посмотрел на Лабарда.
Лабард улыбнулся и покачал головой
- Да, Штольц, иллюзии, иллюзорный мир, который может лишь привидеться, когда человек находится в состоянии, близком к его изначальной форме, когда физических тел еще не существовало, зато Космос был полон шепчущих душ.
- Однако, Мастер, сейчас на Земле распространено очень много книг, в которых говорится о Знаках, воображаемых мирах, которые на самом деле реальней реального, о желаниях, с помощью которых можно формировать мир вокруг себя, а толку-то, - нищета вокруг, убожество и слабость духа.
- Зато те, кто пишут подобные книги, - богаты и популярны. Все дело в том, что люди по-настоящему почти никогда не работают над собой, они наотрез отказываются погружаться в дебри своего сознания. Поставив себе материальные цели - заработать денег, купить дом, завести семью, - достигнув этих целей, они думают, что прошли полный цикл своих жизненных свершений, а ведь на самом деле, они даже не приступали к реализации.
- Согласен, но как их заставить, погрузиться в глубокие слои?
- Рассказать им правду.
- Какую именно?
- Одну единственную. Эту, которая существует здесь, но не выходит за пределы Интерриума. Рассказать им, насколько сильными и прекрасными они были задуманы, чтобы они выбросили из своей головы всякую дребедень вроде Первородного Греха, чтобы перестали думать, что страдания очищают душу, а без Великого Поста на них не снизойдет Благодать. Они полны заблуждений, иллюзий, их так «обработали» за все эти столетия, что они заплутали в лабиринтах мнимых Кодексов и Уставов.
- Значит, Великий Пост...
- Я тебя умоляю, Штольц, я просто привел пример. Я не говорю сейчас о религии, о церкви, с ними и так все понятно. Между Богом и человеком не должно быть посредников
- А как насчет толкователей...
- Если человеку нужно растолковывать то, что ему говорит Господь, значит, нужно менять человечество, ибо Господь говорит с людьми на таком простом языке, что не понять его просто невозможно.
- Согласен. Но люди не понимают.
- Именно поэтому, наш Босх - там.
Последние слова Лабард произнес с нескрываемой усталостью. Он встал, подошел к окну, - перед ним была площадь - обычная средневековая площадь, вымощенная суровым камнем. Обитателей было мало, - женщина с корзинкой, сидящая у фонтана и пересыпающая с ладони на ладонь горсть разноцветных камушков, да дитя павлина, полуптенец-полуподросток, больше похожий на общипанную курицу, он в смущении, неловко прихрамывая, волочился то за одним, то за другим прохожим.
Бедное существо, с тех пор как Босх отправился на землю, он места себе не находит, - Лабард искренне жалел бедную птицу.- Тоскует? - Штольц тоже приник к окну.
- И не только. Уже несколько столетий он никак не может вырасти и расцвести, даже свой хвост не раскрывал ни разу.
- Ему что-то мешает?
- Возможно. Может вся эта история его изменит?
- Что мешает Паво Кристатусу расцвести? - тихо произнес Штольц.
- Как ты думаешь, почему люди молятся?
- Они ждут совета...
- Нет, необходимое знание в них уже есть, Бог, дав им душу, в качестве бонуса подарил им ответы на все вопросы. Нет, в молитвах они ищут утешения. Утешение помогает им увидеть суть мира. А когда они постигают суть, в их жизни наступает рассвет.
- Вы хотите сказать, что павлин тоже нуждается в утешении?
- А почему бы нет? Или ты считаешь, что павлин чем-то отличается от человека?
- Нет, я так не считаю. У всего живого и сущего - один первоисточник.