- Азар Лайош и Рене де Карт сказали мне то же самое...
- А именно?
- Они сказали, что он решил изменить привычный образ жизни, уйти в новый образ бытия. В другой стране, среди других людей, как вы тонко заметили, не начать жизнь с начала, а изменить предначертанное.
Я не хочу спорить с вами о предначертанном, но насколько я понимаю, наш разговор окончен? - Божена выжидательно посмотрела на Гратца, и вновь причудливая игра солнечного света подчеркнула редкий цвет его глаз. Гратц тоже смотрел на нее таким прямым и одновременно нежным взглядом, что на миг ей захотелось сказать ему правду. Она даже сделала стартовый вдох, но в этот момент звякнул дверной колокольчик и Божена, сидевшая спиной к двери, увидела разительную перемену во взгляде инспектора - недоумение, потрясение и даже страх. Ей не надо было оглядываться, она и так уже все поняла, за ее спиной стоял Ян Бжиневски и смотрел на друга детства с таким спокойным равнодушием, с каким глядят на случайного прохожего.Последовала дуэль взглядов. Божена не могла отвести взгляд от Яна, не в силах что-либо спросить. Гратц тоже молчал, и эта пауза была красноречивее самых выразительных слов. Наконец, Ян произнес, обращаясь к инспектору.
- У вас какие-то вопросы к моей девушке?
Преодолев себя, Вацлав, не отрывая пристального взгляда от лица потерянного друга, ответил:
- Мы уже все выяснили. Ваше появление было очень кстати. Прошу прощения за беспокойство.
Божена обернулась к Яну:
- Инспектор говорит, что они потеряли тебя...
Ян холодно улыбнулся:
- Нельзя потерять то, чего не имеешь.
Странная реплика. Губы Инспектора дрогнули, он, будто хотел что-то сказать, но раздумал. Встал, отодвинул пустую кофейную чашку, бегло скользнул взглядом по Божене, но она сидела, затаившись, не поднимая головы.
Гратц сделал несколько шагов по направлению к двери, и у самого выхода резко обернулся, лицо его выражало смелость игрока, который решился на ва-банк, осознав, что у него остался последний козырь.
- Господин Бжиневски, я рад, что все разрешилось благополучно, но меня мучает один момент, ваша машина....
- А что с ней?
- Мы нашли ее перевернувшейся на пригородном шоссе, ведущем из Парижа. Она несколько помята и на сиденье - следы крови. Судя по их количеству, водитель серьезно пострадал. Вы же, как я вижу, вполне здоровы. Значит...
Взгляд Бжиневски стал еще более отчужденным.
- Значит, за рулем был другой человек. Обычно я оставляю машину в аэропорту, когда лечу куда-нибудь. Раз вы ее нашли в другом месте, значит, ее угнали.
Гратц примиряюще улыбнулся.
- Хорошо, как скажете. Я знаю, Вы влиятельный человек и Ваше слово - дорогого стоит.
- Что-то еще? - Бжиневски не скрывал недовольства в голосе.
- Нет. Благодарю вас.
Гратц вышел из кафе. Божена, сидевшая спиной к выходу, даже не повернула головы. Не меняя позы, она спросила Яна, лица которого не видела.
- У тебя все в порядке?
Вместо ответа Ян поцеловал ее в голову.
После встречи с Гратцем, Божена сказала Яну, что хочет вернуться домой, но он предложил прогуляться. Они взяли такси и поехали на Невский, который она так любила. Нашли уютное кафе, где кроме них никого не было. Сели у окна. Божена сразу вспомнила беседу с Яном в «Лавке древностей». Но сейчас ее бередили смутные сомнения, подозрения, обнажившие интуитивные страхи, и самым главным из них был страх потерять этого мужчину. Поэтому она, так не любившая выяснение отношений, решилась на этот разговор.
- Вацлав Гратц - твой друг?
- Почему ты так решила?
- Он слишком близко воспринял твое исчезновение.
- Он из моей прошлой жизни.
- Мне кажется, он хороший человек...
- Это неважно, просто нужно уметь смиряться с тем, что заканчивается. Не надо вовлекать прошлое в настоящее. Прошлое существует для того, чтобы жалеть, будущее, чтобы мечтать, а настоящее - чтобы жить.
- Согласна. Но, знаешь, когда я разговаривала с ним, он производил впечатление человека, которому ты очень близок...
- Ты его защищаешь?
- Он не нуждается в этом, просто мне кажется, если человек хочет резко изменить свою жизнь, которая по каким-то причинам ему не нравится, он предупреждает об этом близких ему людей.
Ян запнулся. Начал фразу, но почему-то резко замолчал.
- Что ты хотел сказать?
- Я предупредил Лайоша и Рене. Они об этом знали. Ты хочешь еще поговорить о Гратце? - в его голосе проступило едва заметное раздражение.