Это она и искала.
Эту связь.
Силу, что соединяла их.
И она ощутила ее, вздохнув.
— Создательница, — прошептала Сирена, — она еще тут.
— Сирена, это не так, — мягко сказала Вера.
Сирена ее не слушала, ей было плевать, что Вера знала больше об исцелении. Связь Авоки была на месте. Но она была слабой, почти не существовала. Если бы Сирена не погрузилась так глубоко в себя, поверила бы, что связь пропала навеки. Что ноккин, лишив ее магии, убил ее.
Сирена окутала магией ту слабую связь.
— Я ощущаю это.
Вера принялась за работу, магией увидела то, что имела в виду Сирена. Она охнула.
— Я… никогда такого не видела.
— Что это значит? — осведомился Алви.
— Она может жить, но она не в этом мире, — сказала Вера. — Ее тело среди живых, но разум вряд ли восстановится.
Сирена покачала головой. Она не принимала это.
— Нам нужно отнести ее в безопасное место. Куда мы пойдем?
Вера повернулась к Матильде, а та кивнула.
— Вперед.
— Мне напомнить, что переход завалило? — Базилл указал на лавину, которую свернули с пути. — И у нас шесть человек и девушка без сознания, но всего четыре лошади. Мы не пройдем там.
— Мы не пойдем таким путем, — сказала Матильда. — Мы отправимся к Черной горе.
— Мы не можем… — начал Базилл.
— Ты отведешь меня туда, или тебе будет худо, — рявкнула Сирена.
То, что он увидел в ее глазах, заткнуло его. Он фыркнул и пошел к Ордэну собирать лошадей. Сирена оставалась с Авокой, пока остальные делали носилки для Авоки меж двух лошадей. Ордэн и Базилл заняли своих коней, Сирена и Алви ехали на одной лошади, а сестры — на другой.
Они медленно поднимались по горе. Тропы не было. Они полагались на инстинкты Базилла и Ордэна. Сирена едва замечала, что они делали и как. Она была сосредоточена на Авоке, следила, чтобы она оставалась живой. Не отпускала магию, боясь, что тогда Авока пропадет.
Сирена не знала, что будет, если ее тело останется жить, а разум будет где — то еще. Она могла вспомнить лишь, как было, когда она была раздавлена после магии крови в Фэне. Они думали, что она умирала, но ее вернули с края. Она не спрашивала Авоку, как тогда ощущалась связь. Было ли как — то так. Было ли хуже. Может, сейчас было намного хуже.
— Вот, — обрадовалась Матильда.
Вера охнула.
— Лавина подвинула переход.
— Я тут не был ни разу, — неуверенно сказал Базилл.
— Мы были, — сказала Матильда.
— Очень — очень давно, — в голосе Веры звучали слезы.
Они двигались дальше. Сирена не спрашивала, куда. Она была благодарна Создательнице, что что — то шло правильно. Если путь подвинулся, они могли найти пещеры, о которых говорили сестры. Может, там будет кто — то, кто мог исцелить Авоку.
К ночи они добрались до первой пещеры. Она была огромной. Размером с дом в горе. Было страшно подумать, что лед и снег скрывали ее из виду все время. Словно это было сделано нарочно.
Сердце Сирены подпрыгнуло от мысли. Они это сделали. Смогли. Утерянные должны быть тут. Кусочек загадки, который давно ее избегал. Место, где, по словам Серафины, она сможет овладеть своей магией и победить в этой долгой войне.
Их лошади стучали по камню, Матильда и Вера вели их по пещере. Как только они зашли глубже, они зажгли Огонь Дома и послали его по туннелям, зажигая факелы в решетках на стене. Они явно делали это не в первый раз.
Волнение Сирены росло, пока они заходили глубже в логово драконов. Она не знала, что ожидала найти. Золотые запасы дракона. Сокровища и камни. Сияющую чешую и огнедышащие ужасы размером со стены, мимо которых они шли. Воображение разыгралось.
Они прошли в огромную комнату с потолком, что тянулся к нему, и Матильда с Верой замерли.
— Они должны быть тут, — прошептала Вера.
— Они могут быть где — то еще? — спросила Сирена.
Матильда нахмурилась.
— Возможно.
— В конце комнаты что — то есть, — сказал Алви.
Они проехали на лошадях по большому залу. Сирена поняла, что место напоминало зал для тренировок. Разное оружие висело на стенах — мечи, ножи, булавы и прочее. Кольчуга и кожаная броня были неподалеку. И прочие предметы, которые она не видела в действии.
Но, когда они нашли то, на что указал Алви, ее кровь похолодела. Это не могло быть правдой. В стеклянном гробу на гранитной плите спал мужчина.
Матильда спешилась, всхлип сдавил ее горло.
— Это…
— Создательница, — прошептала Вера.
— Что? — спросил Ордэн. — Кто это?