Они похоронили их три дня назад. Ее старшая сестра, Аралин, не вернулась из Келла, где была послом. Сирена знала, что Элея расстроилась, что Аралин не прибыла и на ее Представление. Особенно после всего, что они потеряли в своих жизнях.
— Мы знаем, что скажет Сирена, — едко сказала Калиана.
— Передвиньте ее, — сказала Сирена.
— Что? — рявкнула Калиана.
— Я думаю, что придворные ее съедят.
— Ты предлагаешь не делать твою сестру Первым классом? — поразился Эдрик.
Сирена сглотнула и произнесла аргумент, который задумала вместе с планом. Ей не нравилось это делать, но она была обязана:
— Да. Она эмоциональна и вспыльчива. После смерти наших родителей она точно в депрессии. Я знаю, что привычное успокоит ее, но нужно подумать о дворе. Только лучшие становятся Компаньонами.
— Ты не хочешь, чтобы твоя семья была защищена в замке? — спросил Эдрик.
Она чуть не фыркнула. Он имел в виду плен.
— Я хочу лучшего для королевства. В этом смысл классовой системы.
Эдрик уставился на нее без эмоций. Калиана встревожилась. Она ей не верила. Сирене было все равно. Ей нужно было переменить Эдрика на свою сторону.
— Хорошо, — он отодвинул бумаги. — Если ты так думаешь. Ты знаешь свою сестру лучше.
Сирена выдохнула с облегчением.
— Да.
Они прошли в зал. Каэл посмотрел на нее с вопросом, словно ощущал ее тревогу через их связь. Она улыбнулась ему и спешно заняла свое место. Элея прошла в зал. Сирена видела, что Элея нервничала. Ей не нравилось рушить мечты Элеи. После того, как сестра увидела их с Каэлом, она хотела поднять настроение Элее. Но она не могла принести ей страдания такой жизни. Она была тут в опасности. Что бы ни говорил Эдрик.
Эдрик прошел к Элее, и Сирена вдохнула.
— Было решено, что тебя выберут в Первый класс стражи.
Рот Сирены раскрылся. Что?
Она повернула голову к Калиане, та ухмылялась.
Глаза королевы говорили: «Стоило знать лучше».
Сирена хотела потребовать ответы, но сейчас этого сделать не могла.
— Твоей Принимающей будет королева Калиана, — продолжил Эдрик. — И отныне ты будешь известна как Компаньон королевы.
29
Принц
«Нет, нет, нет, нет!».
Не может быть. Они же отказались!
Эдрик поддержал ее, но нарушил уговор. Снова!
В ушах звенело от аплодисментов, недовольство терзало ее. Магия Сирены искрилась в крови, и ей пришлось закрыть глаза, чтобы подавить бурю. Ее гнев ощущался сильно. Как будто был живым. Убийственным существом. Готовым на все, чтобы утолить голод.
Но она не могла это ощущать.
Не сейчас.
Но не могла остановиться.
Гром зазвучал вдали. Она почти ощущала, как молния ударила в открытое поле. Хоть она не видела этого, ведь в бальном зале не было окон, кроме двери, ведущей в сад. Она знала, что это произошло. Она ощущала пульс энергии, и на миг Сирена поверила, что могла поймать эту силу в свое тело.
Никто не замечал ее внутреннюю бурю. Хоть она ощущала на себе взгляд Каэла. Она не подозревал, что она хотела другой исход.
Сирена открыла глаза и увидела, как Эдрик опускал брошь Компаньона в руку Элеи, сообщая:
— В твою ладонь я опускаю символ королевы, круглую брешь лоз Бьерна. Пока она с тобой, в твоей руке часть земли, и тебя будут знать во всем мире как одну из нас.
— Благодарю, Ваше величество, — выдохнула Элея.
Эдрик обратился к толпе, раскинув руки.
— Спасибо всем, кто пришел на Представление нашего нового Компаньона Элеи. Как всегда, в ее честь будет бал этой ночью.
После этого все стали расходиться по залу. Калиана встала на дрожащих ногах и с жалостью посмотрела на нее.
— Что? — спросила Сирена.
— Ты поймешь с Эдриком, что, если повезет, получишь от него лишь половину желаемого.
— Слабо сказано, — ее голос был резче, чем она хотела.
Эдрик разрушил все ее планы. Но она должна была сохранять спокойствие… даже радоваться за Элею. Хоть ей и не хотелось.
Она заставила себя миновать Эдрика без слов, спустилась к Риву и Элее.
— Поздравляю! — сказала Сирена.
Элея впервые по — настоящему улыбнулась Сирене.
— О, не верится, — она обняла Сирену.
— Молодец. И все мы вчетвером в Первом классе, — сказала Сирена.
«Смертный приговор».
— Породистые лошади, — пошутила Элея.
Такое говорила год назад Сирена.
«Лошади, посланные на гибель».
— Точно.
— И бал в твою честь, — сказал Рив. — Что думаешь об этом, малышка?
— Рив! — простонала Элея. — Больше не зови меня малышкой. Мне семнадцать. Я теперь женщина.