Вера прижимала ладонь к его лбу пару минут, а потом нахмурилась.
— Вам нужно многое объяснить.
— Начинайте, — Матильда устроилась удобнее.
И они начали. Они рассказали, как добрались по следу призрака до Аонии и нашли Кесфа, а потом обнаружили, что призрак был ноккином.
— Невозможно, — сказала Матильда.
Вера пожала плечами.
— Я думала, они мертвы.
— Вы знаете, как их убить? — спросила Авока.
Матильда нахмурилась.
— Ноккинов было мало. Не ясно, на кого они работали, и информации о них мало. Мы подумаем над этим.
— А пока что, — сказала Вера, — можно окружить город барьером, чтобы помешать этим нападениям. Фэн достаточно маленький, чтобы хватило сил, если ваши древние помогут.
— Я поговорю с Маной, — Лейс поднялась и ушла из комнаты.
— Пока мы были там, — сказала Сирена, — Дин заглянул в то, что Авока назвала Зеркалом правды.
Матильда прошипела между зубов:
— Что именно он искал?
— Что случилось с его домом и семьей.
— Скорее всего, только это он и увидел.
— Мы можем что — то для него сделать? — взмолилась Сирена.
— Время, — сказала Вера. — Когда я попробовала его исцелить, все было на местах. То, что он переживает, он должен преодолеть сам.
Сирена нахмурилась. Этого она и боялась.
— Это все хорошо, — заговорил Ордэн, — но у нас есть проблемы важнее, чем угроза деревне.
— Да, — сказала Вера.
— Точно, — согласилась Матильда.
— Мы чуть не потеряли Сирену, но теперь вернули ее, нужно понять, что делать дальше. Ноккин хочет Сирену за ее магию, — сказал Ордэн. — Об этом никто не хочет говорить, но она использовала магию крови и выжила. Ей нужно учиться. Узнать, на что она способна.
Сирена чуть покраснела, но посмотрела в мрачные глаза Ордэна. От него слова звучали правильно. Любой мог сказать это в шутку или попытаться смягчить удар, но Сирена была другой, и она не могла скрываться от этого.
— Ты прав, — сказала она, отталкиваясь от стены и проходя в центр их круга. — Последние пару месяцев я была сама не своя. Смерть Мэлии… раздавила меня. Нет, уничтожила. Она вывернула меня, и мне не было ни до чего дела. А потом случились смерти Дофины и моих родителей, и осталась только моя оболочка. Я делала то, чем не горжусь, но магию крови я приняла, только когда браж убил моих родителей на глазах моих брата и сестры. Я использовала силу, чтобы спасти жизнь короля. Это может быть неправильно, но я не видела вариантов. Если хотите судить меня, смелее.
В комнате стало тихо от ее слов. Никто не отвел от нее взгляд.
— Может, я не такая, какую все хотели для исполнения проклятого пророчества, но у вас есть только я. Я хочу вернуть магию. Я хочу, чтобы весь мир был как Фэн! Никто тут не обходит стороной тех, у кого есть магия. Всех принимают, может, не за то, кем они являются, но их и не убивают за их магию. Таким мир был до Виктора Дремилона. И… я верю, что знаю, как поступить дальше.
— О? — спросила Вера.
Сирена улыбнулась.
— Как вы знаете, почти год у меня были видения Домины Серафины. Она показывала мне обрывки своего прошлого, но, когда я была без сознания после магии крови, она смогла пробить барьер между ее миром и нашим. Она сказала, что, когда я овладею магией духа, я смогу говорить с ней сама. И мне не придется для этого терять сознание.
Матильда склонилась ближе, Вера зажала рот рукой.
— Так я смогу лично говорить с ней, а не попадать в ее видения. Она сказала, что мне нужно использовать монету и не ослепнуть, ведь во всем этом замешаны большие силы. Она упомянула женщину, но не смогла произнести ее имя.
— Монета, — прошептала Авока.
— Да, да, — сказала Матильда. — Что еще?
— Женщина? — тихо спросила Вера.
— Да, порой меня вырывало из сна с Серафиной, и я оказывалась в мире тьмы с этой женщиной. Думаю, это та самая женщина. Она говорила мне прийти к ней. Я не знаю, что это значит, но она дала мне монету, — Сирена вытянула руку. — Она ощущалась такой реальной. И хоть она могла быть опасной, уж очень много совпадений. Первый шаг — нам нужно найти эту монету.
Вера встала и вытащила что — то из кармана.
— Она выглядела так?
Сирена охнула.
— Где… откуда вы это взяли?
— Ты сжимала ее в ладони, — сказала Авока.
— Но откуда она?
Авока покачала головой.
— Я держала тебя за руку, и у тебя ничего не было. А потом я отошла попить воды, вернулась, и монета была у тебя в руке.
— Она из моего сна? — голова Сирены кружилась. — Как это? Такое возможно?
Вера крутила монету в руке.