— А самому трудно ответить на этот вопрос о себе, можно и ошибиться.
— А отношение к нему других, их оценка?
— Ой, Люся! А сколько гениев было признано посмертно? Вот тебе и отношение других.
— Ну, не знаю.
— Ну, а после того, как сколол лед, можно писать стихи?
— Ты так ничего и не понял.
— Ну, так объясни.
— Да я же все время пытаюсь тебе объяснить, я говорю о характере человека, о его склонностях. Неужели ты не понимаешь?
— Кажется, понял... Так что, — прощай?
— Не знаю. Это зависит не только от меня.
15.
Как наша стройка неожиданно для нас развернулась, так внезапно и свернулась, и работы, как и прежде, ведутся только в крыле, в котором мы живем.
— Гуляйте, ребята, — сказал прораб. — За помощь спасибо, но киснуть вам тут сейчас ни к чему. Гуляйте!
Мы и гуляли. По-прежнему Жора по вечерам часто исчезал. По-прежнему мы с Люсей держались вместе, гуляли и в компании, и вдвоем, и с Лексенкой, но наши отношения приняли, если пользоваться Мониным выражением, другой колорит. Что-то Люсю во мне и привлекает, раз она проводит все время со мной, и что-то отталкивает, мне кажется, что это — мое несоответствие ее представлению о том, каким должен быть мужчина. Неужели девочка надеется на то, что раз она мне нравится, то я изменюсь и стану таким, каким ей хочется меня видеть? А в Люсе, если раньше меня что-то смущало, теперь что-то просто не нравится. Равнодушие к красоте? Это чувствуется, но ведь вкус — дело наживное. Ее оригинальные взгляды? Ну, взгляды в двадцать один год не очень-то устойчивы. Да и как ни наивны такие взгляды, они — самостоятельны, и уже поэтому вызывают наряду с усмешкой и уважение. Нет, дело не в этом. Ее характер? Характер у нее есть, ну так что же в этом плохого? Так и не пойму что не нравится, но что-то не нравится. Но все это не столько мысли, очень смутные, сколько переживания. Наверное, переживания и мешают проясниться мыслям.
Вечером у входа в парк Мотя представил нас двум женщинам; одна лет тридцати, может быть немного больше, другая молоденькая, обе интересные и обе — сотрудницы строительного треста. Компания увеличилась. Вскоре эти сотрудницы предложили устроить поездку к подножию Эльбруса. Потребуется заплатить шоферу грузовой машины, заплатить за бензин и заготовить продукты. Выедем под выходной, во вторую половину дня, там заночуем и вернемся в выходной к ночи. Я сказал ребятам, что мне хотелось бы взять в эту поездку Алексена. Кто-то, кажется Моня, высказал такую мысль: это будет наша благодарность Аржанковым за то, что они устроили нам здесь практику.
— Пай за Алека не бери, — сказал Мотя.
Мама на поездку Алека согласилась сразу, Алек поездкой заинтересовался — он в горах еще не бывал. Дня через два мама мне сказала, что с нами поедет и Александр Николаевич. Я попросил у мамы его долю на расходы. Мама ответила:
— Вы — гости, мы — хозяева, а с хозяев деньги не берут. — И стала читать мне нотацию.
А на гостей расходы перекладывают? — подумал я, но промолчал и поднялся, чтобы уйти.
— Вы будете в дорогу что-нибудь готовить? — вдруг спросила мама. — Давайте я вам приготовлю. Скажите сколько человек поедет и что вам приготовить, а я скажу, что вам надо купить.
Перед сном, когда все были в сборе, я сообщил, что с нами едет Аржанков.
— Пусть едет, — сказал Моня, — места в машине, надеюсь, хватит.
— Он водил нас в горы, отказать неудобно, — сказал Женя. — Да, Мотя, с твоих дам денег брать не будем?
— Возьмем. Они сами сказали, что поездка на паях.
— А что за интерес ехать с нами старшей даме? — спросил Женя. — Она старше всех нас и сама говорила, что бывала там много раз.
— Старше всех? — переспросил Жора. — Не всех. — Моня, имеешь шанс убить медведя.
— Жорочка! — ответил Моня. — А ты один едешь? Мы засмеялись.
— А с кем же я поеду? Мы захохотали. Жора покраснел.
— Ну, Мотька, — сказал он. — Ты у меня получишь, болтун!
— Мотя, — продолжает Женя, — а чего ты привел сразу двух дам? Тебе одной мало?
— Для Мони, — опережая Мотю, ответил Жора. — Мотя хороший товарищ, заботливый.
— Заткнись! — вдруг вспылил Мотя. — И не говори гадостей, а то у меня получишь!
— Посмотрите на него — какой он храбрый! — воскликнул Жора и захохотал.
— Тихо! — вмешался я. — Я думаю, поехать в горы всегда интересно, в любом возрасте и в любой компании. Дело, наверное, не в компании, а в возможности побывать в горах. Женя, это — на твой вопрос.