– Ко мне?
– Да. Оба, и Скрябин, и Беловол, хорошо о вас отзываются, значит, – ценят толковых работников.
– У вас же, как мне кажется, не было выбора. Пошли бы вы в Гипрогражданпромстрой?
– Я и там был – жалкая контора. В случае чего пошел бы к Орлову – мы оба работали у Весниных.
Для определения пригодности и технических условий восстановления сожженных зданий при горплане создали экспертно-технический совет. Председатель горплана Лубенец – председатель этого совета, его ученый секретарь – инженер Госбанка Самойлов, среди членов совета – Кривобоков и Муленко.
По делам совета у Кривобокова бывал Самойлов. Он был одноглаз, с большой шишкой на шее, болтлив, хвастлив и по моим тогдашним понятиям – стар. Дед Щукарь – прозвал я его про себя, но с легкой руки Кривобокова его называли Косинусом.
– Это второй барон Мюнхгаузен, хотя о первом он, конечно, не слыхал, – говорил мне Николай Андреевич. – Рассказывает невероятные истории. До войны работал в Сталино, и вот вам, пожалуйста: ехал стоя в грузовой машине, на ухабе вылетел, перелетел через провода и благополучно стал на ноги. И каждый раз – подобные небылицы.
Возвратясь с обследования какого-то здания, Кривобоков громко и возбужденно рассказывает:
– Фундаменты отрыли. Но дом хотят надстраивать, надо бы определить допустимую нагрузку на грунт. Косинус влез в яму, попрыгал и говорит: «Два килограмма на квадратный сантиметр».
– Ну, Николай Андреевич…
– Да я и сам бы не поверил, если бы мне это рассказали, но я говорю правду, или вы думаете – я тоже барон Мюнхгаузен?
– Да кто он по образованию – этот инженер Госбанка?
– Я думаю – даже не техник. Наверное, окончил какие-нибудь курсы десятников.
Сидя за столом и что-то читая, Николай Андреевич стал смеяться и, красный от смеха, взглянул на меня:
– Хотите повеселиться?
Повеселиться я всегда готов.
– Садитесь и читайте внимательно, не пропускайте ни одной буквы.
Сел, читаю: «Протокол заседания экспортно-технического совета». Я засмеялся.
– Это еще не все. Прочтите подписи.
Подписи были такие: «Председатель экспортно-технического совета Лубенец. Учебный секретарь Самойлов». Я захохотал.
– Это, конечно, ошибки машинистки. Но они-то! Даже не заметили. Нет, этот документ я приобщу к своей коллекции.
– Какой коллекции?
– Да вот таких человеческих документов. У меня их уже порядочно набралось.
В такой хмурый день, когда приходится работать при электрическом освещении, вошел пожилой коренастый человек в мокром плаще, поздоровался, поставил чемодан и стал осматриваться. Знакомое лицо. Мы заулыбались и пошли навстречу друг другу. Это был мой сосед по койке в доме приезжих в Киеве, добивавшийся возвращения своей квартиры.
– Мир таки да тесен. Здравствуйте, Павел Андреевич!
– Здравствуйте, Петр Трофимович! Какими судьбами?
– Приехал организовать съемку города.
– Ну, тогда знакомьтесь с главным архитектором города.
– Очень приятно. Никитенко.
– Здравствуйте. Еселевич. Раздевайтесь и садитесь. Из треста «Геотопосъемка»?
– Да, из этого треста.
– Начальник партии?
– Начальник.
– И большая у вас будет партия?
Через несколько дней, уезжая в Киев, чтобы вскоре вернуться и уже приступить к работе, Петр Трофимович спросил меня – не смогу ли я помочь ему подыскать комнату. Я поговорил со своими квартирными хозяевами.
– Приходите с ним, поговорим.
Поговорили. Петр Трофимович принес свои вещи, а вскоре и он столовался у наших хозяев.
Испокон веков жилища строили без проектов, используя опыт поколений, пример и смекалку, сообразуясь с потребностями и возможностями. Но росла потребность в сооружениях крепких, крупных, сложных, величественных, красивых, теперь бы сказали – престижных, и это привело к росту строительного мастерства, появлению специальной профессии и возведению сооружений по проектам. Для каждого такого здания, в том числе жилого, создавался свой проект. Иначе и быть не могло. Встречаются люди чем-то похожие, одинаковых нет: у каждого свой характер и вкус, привычки и пристрастия, требования и капризы, различная деятельность, неодинаковые возможности и условия строительства. Сооружения, как и люди. Могли быть в чем-то, даже во многом, схожими, одинаковых не было. Со временем появляются типовые проекты, например, – присутственных мест для провинциальных городов, утвержденные Николаем I, будки-домики путевых обходчиков вдоль железных дорог и другие, но вес такого строительства незначителен, и оно не определяет облик населенных мест.