– Слыхал. Ну, и что ты предлагаешь?
– А что я еще могу предложить? Не вижу другого выхода, если строить город.
– Как сказал Огурчик, – принесем эту жертву ради светлого будущего нашего города. Решили? Ну, и нечего об этом толковать.
Мы стояли на шоссе, ведущем из Соцгорода к разрушенному больничному городку. Скрябин посмотрел на часы.
– Давайте еще немного проедем по Вознесенке. Время позволяет?
Беловол посмотрел на часы.
– Ну, с полчаса, не больше.
– А вам?
Часов у меня не было.
– Могу, – ответил я, не спрашивая, который час.
Шоссе свернуло к Днепру, у нового поворота вышли и пошли пешком. Сельские улицы с очень редкими хатами косо спускались к Днепру.
– А что тут по схеме генплана? Индивидуальное строительство? – спросил Скрябин.
– Да, за счет разукрупнения усадьб, – ответил я.
Скрябин остановился.
– Это же рядом с малоэтажным строительством?
– Да, вплотную.
Скрябин взглянул на Беловола, засмеялся и сказал:
– Клюнут.
– Еще как! – ответил Беловол. – Рядом водопровод, канализация, теплотрасса.
– Насчет теплотрассы не разгуляешься – с этим строго, но, вообще, условия такие, что хоть самому бери участок.
Тут и я засмеялся. И подумал: дошло как до жирафа.
– Поняли? – спросил Скрябин.
– Понял: сочетание личных интересов с общественными.
Они захохотали. Потом Скрябин сказал мне:
– Не ляпните где-нибудь.
– Могут придраться, – добавил Беловол.
Придерутся именно те, у кого рыльце в пушку. Я же не где-нибудь ляпнул!
– Значит, еще одна жертва, – сказал Скрябин. – И много на Вознесенке будет таких жертв – малоэтажного и индивидуального строительства?
– Намечено больше половины территории, но осуществить их можно только здесь, на этих площадках. На остальных – большой снос, и там возможно только многоэтажное строительство.
– Так зачем было предусматривать это… ну, эти жертвы?
– Ты же знаешь, – ответил Беловол, – что Госплан в полтора раза уменьшил численность населения.
– Это не причина. Ну, допустим, Госплан прав, в чем я сомневаюсь. Почему же надо уменьшать население именно в центральном районе? Лучше уменьшить территорию города, сделать ее более компактной.
– К сожалению, дело не только в этом, – сказал я. – Регламентируется соотношение застройки по этажности: сколько многоэтажной, малоэтажной, индивидуальной…
– У-у-у! Уже и в это влезли.
– Ну, и положенной Запорожью многоэтажной застройки хватает только на кварталы, прилегающие к главной улице. Но вот что интересно: в жизни никто это соотношение не регулирует и не контролирует, все зависит от возможности строительных организаций.
– Ага! И эта регламентация отражает возможности строительных организаций? Так сказать – по усредненным показателям? Тогда понятно.
– Да. По усредненным и довоенным. А сейчас эти возможности еще меньше.
– Ну, это ненадолго, скоро эти возможности превысят довоенные. Я думаю вот о чем. Вот эти две площадки – для малоэтажного и индивидуального строительства – пусть так и останутся…
– Для застройки, – улыбаясь, вставил Беловол.
– Вот именно. Вся остальная Вознесенка – многоэтажная. Строительные организации подтянем. Как вы на это смотрите?
– Жалко приносить и эти жертвы, – сказал я. – Но другого выхода, наверное, нет.
– В том-то и дело, что нет. – Скрябин посмотрел на часы. – Пошли к машине. Павел Андреевич, поговорите там, у себя, чтобы об этих конкретных предложениях – где и что строить – никому не рассказывали. Отделывайтесь общими фразами: в соответствии со схемой генерального плана. Будут спрашивать – где именно? Ну, это не проблема – участки найдутся.
– Да я уже всех предупредил, – сказал Беловол.
– Правильно сделал. А то надумывают новые причины, только бы строить на временных поселках.
Я удивился:
– Новые причины?!
– А вы что думали! Многоэтажные дома смогут строить довольно скоро. Не в этом дело. Все они – директора заводов, управляющие трестами – есть, правда, и исключения, – хотят иметь свои поселки. Думаете – хотят строить именно бараки? Нет, бараки – это не от хорошей жизни, предпочли бы благоустроенное жилье. Но только в своей вотчине. Привыкли, иначе и не мыслят. Вот что надо побороть.
На обратном пути я спросил – кто от нас будет участвовать в совещании?
– Из архитекторов? Евстафьев и Еселевич, – ответил Беловол. – Хотим пригласить Орлова. А что? И вы хотели бы поучаствовать?
– Хотел бы.
Скрябин и Беловол посмотрели друг на друга.
– Вычеркнут, – сказал Скрябин. – Там нужны должности, а не головы. И Орлова хватит ума вычеркнуть.