Наконец, мадемуазель Аламбер решила, что вода уже достаточно остыла для того, чтобы принять ее нежное тело. Она попробовала мизинцем воду и осталась ею довольна. Аромат соли немного дурманил голову. Констанция в ночной сорочке забралась в теплую ванну и удобно устроилась на плетеном сиденье. Она любила вот так по утрам сидеть в горячей воде и читать книгу. Тогда все неприятные мысли, накопившиеся за вчерашний день, улетучивались вместе со снами, и в продолжение всего следующего дня Констанция чувствовала себя бодрой и отдохнувшей.
Шарлотта занималась просмотром гардероба своей госпожи, когда к воротам ее дома подъехал всадник.
"Что-то рано приезжают гости к мадемуазель", - подумала Шарлотта, спеша вниз, чтобы встретить прибывшего мужчину. Им оказался виконт Лабрюйер.
- Мадемуазель никого не принимает, - довольно холодно сказала Шарлотта.
- А если ты доложишь ей, что это виконт Лабрюйер? - с наглой улыбкой осведомился Анри.
- Она ни для кого не делает исключение.
- Тогда напомни своей госпоже, что у нее есть один маленький долг по отношению ко мне, и я пришел чтобы получить расчет.
- Хорошо, виконт, подождите здесь, я сейчас доложу.
Эфиопка направилась на второй этаж и постучала в дверь Констанции.
- Кто-то прибыл? - спросила мадемуазель Аламбер.
- Да, виконт Лабрюйер.
- Что ему нужно?
Шарлотта проскользнула в спальню и остановилась у самой ванны.
- Он говорит, мадемуазель, что вы должны ему уплатить какой-то долг.
- Какая ерунда!
- Его провести к вам?
- Ну что ж, пусть войдет.
Констанция поплотнее запахнула ворот на ночной сорочке и с небрежным видом принялась читать. Когда виконт Лабрюйер вошел в спальню, она даже не оторвала взгляда от страницы.
- Присаживайтесь, виконт, - она наугадуказала туда, где по ее расчетам находилось кресло.
- Доброе утро, Констанция, - Анри осторожно присел, не спуская глаз с мокрой ткани ночной сорочки, через которое соблазнительно просвечивало тело Констанции.
- Ты так и собираешься пожирать меня взглядом?
- Но ты сама не посчитала нужным переодеться.
- Это ты, Анри, не посчитал нужным предупредить о своем визите.
- У каждого свои причуды, Констанция.
- Мои причуды, во всяком случае, не приносят вреда остальным.
Виконт рассмеялся.
- Ну это как сказать. С Колеттой получилось, по-моему, немного иначе.
- Ты пришел, чтобы напомнить мне об этом?
- В какой-то мере да. Констанция захлопнула книгу.
- Будь добр, положи ее на кровать, а то боюсь, она вся размокнет.
Виконт поднялся и не спуская глаз с Констанции принял книгу.
- Все-таки ты слишком неравнодушен к женщинам я боюсь, это плохо для тебя кончится.
Наконец книга оказалась на кровати, а виконт вернулся на свое место.
- Вот так-то будет лучше, Анри, а то когда ты рядом, я боюсь, ты набросишься на меня.
- Я не так дурно воспитан, Констанция, я никогда не добиваюсь близости силой.
Констанция Аламбер конечно же прекрасно понимала из-за чего пришел к ней виконт Лабрюйер. Но первой заводить разговор она не хотела. Ей нравилось смотреть на смущенного виконта, ведь ему предстояло довольно деликатное выяснение отношений со своей подругой. Все то, о чем они договаривались раньше, должно было измениться. И вся разница в их положении состояла лишь в том, что
Констанция знала, что ни на какие уступки виконту она не пойдет, несмотря на все свои предыдущие обещания.
А виконт самоуверенно надеялся, что теперь он получит Констанцию.
Сперва мужчина и женщина обменивались взглядами и после каждого приятно улыбались друг другу, словно говоря: ну что, дружок, наконец-то ты попался и попался крепко.
Вода в ванне катастрофически быстро стыла и Констанция позвала Шарлотту:
- Принеси-ка еще горячей воды!
Девушка вернулась с большим кувшином, наполненным кипятком, и принялась лить его в ванну тонкой стйкой. Приятная теплота тут же коснулась тела Кнстанции. Она блаженно прикрыла глаза и томно вздохнула. Этот вздох привел виконта в трепет. Ему безумно хотелось обладать этим молодым, но чрезвычайно умелым в любовных делах телом.
- Ну так что же привело тебя ко мне, Анри? - спросила Констанция, когда за Шарлоттой закрылась дверь.
- Я пришел, Констанция, кое-что от тебя услышать.
Мадемуазель Аламбер наморщила лоб.
- Так-так, я кажется припоминаю. Да-да, виконт наконец-то у меня появился прекрасный случай поблагодарить тебя за свою подопечную. Ты постарался на славу, и девушка никогда тебя не забудет.
- Ну что ты, Констанция, какая благодарность, мне было только приятно.
- Нет-нет, Анри, ты в самом деле очень сильно меня выручил.
- Мне бы не хотелось, Констанция, сейчас обсуждать последствия моего поступка. Эмиль все-таки когда-то был моим другом. Да и по отношению к Колетте я поступил не слишком благородно.
- Ну что ты, Анри, главное, все остались довольны.
- Кроме... - вставил виконт.
- Кроме Эмиля де Мориво, но он еще ни о чем не подозревает, Констанция рассмеялась. - Я представляю себе его лицо, когда он узнает, что это моих рук дело.
- Но ты же не выдашь меня, Констанция?
- Нет, вот это-то и будет самым страшным для него наказанием. Он никогда не узнает, кто же похитил невинность его невесты.
- Он будет допытываться у нее, у меня...
- А мы будем молчать, пусть гадает.
- Ну что ж, Констанция, ты в таком прекрасном расположении духа, что я осмелюсь тебе напомнить - ты проиграла.
- Я проиграла?
- Да-да, ведь у нас был уговор.
Констанция Аламбер повернула голову сначала в одну сторону, потом в другую, изображая на своем лице крайнее удивление.
- Нет, Анри, я не могла проиграть.
- Да, ты проиграла.
- Нет.
- Да.
Каждый раз на лицах спорящих, когда они произносили свои "да" и "нет", улыбки становились все более лучезарными.
- Нет, Анри, я не могла проиграть.
- Но как же, Констанция, Колетта лишилась невинности, а ты мне кое-что за это обещала. Констанция погрозила пальцем виконту.
- Честное слово, Анри, я нахожусь под большим впечатлением от твоих слов. Они очень многообещающие...