Но сделав еще несколько решительных шагов, король Витторио остановился, будто натолкнулся на невидимую преграду. Он обернулся. Все подданные склонили головы в поклоне.
- И еще. Не забудьте пригласить на соколиную охоту графа де Бодуэна и его молодую жену Констанцию де Бодуэн.
- Будет исполнено, ваше величество, - ответил один из подданных.
Констанция и Арман возились с маленьким Мишелем когда во дворец вошел слуга с приглашением.
- Что случилось? - сверху спросил граф.
- Его величество, граф, приглашает вас на соколиную охоту.
- Да, можете передать королю, что я обязательно буду.
- Но король хотел, чтобы присутствовала и ваша супруга, графиня де Бодуэн.
- Моя супруга? - граф напрягся.
- Да, это желание короля.
- Хорошо, можешь быть свободен, - граф отпустил посланника.
Констанция, которая все слышала через открытую дверь, опустилась в кресло и прикрыла и без того бледное лицо руками.
- Ты слышала, дорогая, что сказал король? Графиня де Бодуэн оторвала ладони от лица и он увидел, что по ее щекам текут слезы.
- Нет, нет, дорогой, я не пойду.
- Но, Констанция, ведь ты должна прекрасно понимать, что мы всего лишь подданные и не должны ослушиваться приказа его величества.
- Арман, скажи королю, что я себя плохо чувствую.
- Но ведь это не так, Констанция, я не смогу соврать.
- Я не хочу идти туда и не хочу вновь встречаться с королем. От этих встреч у меня на душе остается тягостный осадок.
- Констанция, но пойми, я не могу появиться перед королем без тебя. Он начнет расспрашивать, интересоваться и вообще, ты ставишь меня в неловкое положение.
- Арман, но ты подумай, в каком положении нахожусь я!
- Да, да, дорогая, я знаю, как тебе непросто, но считаю, что все-таки будет более правильным, если мы появимся вместе. Я буду все время подле тебя.
- Ты всегда, дорогой, говоришь это, а потом, в самый ответственный момент, ты оказываешься где-то Далеко.
- Нет, Констанция, на этот раз я буду рядом.
- Я не пойду! - нервно выкрикнула Констанция, вскочила со своего кресла и прошлась по комнате. - И не проси, не уговаривай, скажи королю все, что пожелаешь нужным. Я не пойду, я не выдержу встречи с ним, не выдержу его испепеляющего взгляда.
- Но, Констанция, надо быть более благоразумной, надо спокойнее смотреть правде в глаза.
- Может быть, ты, Арман, и можешь спокойно смотреть правде в глаза, а я боюсь.
- Чего ты боишься, дорогая?
- Я боюсь за тебя, боюсь за себя. И вообще мне страшно, мне хочется забрать ребенка и уехать в Париж или в Мато, в наш старый замок. Только там я буду чувствовать себя в безопасности, буду чувствоват себя спокойной и уравновешенной. А здесь я все время напряжена, все время готова сорваться.
Граф де Бодуэн подошел к своей молодой супруге, нежно обнял ее, повернул к себе лицом и положил свою голову ей на плечо.
- Констанция, Констанция, - зашептал граф де Бодуэн, - не думай ни о чем плохом, все будет прекрасно, вот увидишь, я знаю.
- Хорошо, я пойду на эту проклятую охоту, будь она неладна! Но у меня такие предчувствия...
- Да не думай ты ни о чем, - уже более наставительно обратился граф к своей молодой жене.
А когда муж и жена спустились в гостиную, старая графиня де Бодуэн поняла, что ее невестка вновь о чем-то спорила с сыном.
- Приходил посыльный от короля? - осведомилась старая графиня.
- Да, он пригласил нас на соколиную охоту.
- И вы пойдете? - графиня пытливо посмотрела на сына, потом на невестку.
Констанция опустила голову, а Арман ответил за себя и за свою жену:
- Конечно пойдем, ведь мы не вправе отказываться от королевского приглашения.
- Да, да, мы всего лишь подданные, - закивала старая графиня и прикрыла лицо веером, - а подданные всегда должны выполнять волю своего повелителя.
- А вот я не думаю, что это правильно, - резко встала из-за стола Констанция.
- Почему ты, Констанция, считаешь себя вправе не подчиняться королю?
- Потому что я знаю, что из этого приглашения ничего хорошего не будет, мадам.
- Нет-нет, вы должны идти, никакие отговорки вам не помогут, а если ты, Констанция, не пойдешь, король вновь пришлет посыльного, а лишние пересуды нам ни к чему. Подобным действием ты выкажешь свое неуважение к его величеству и все станут говорить, что мы непочтительные подданные своего короля.
- Боже, - воскликнула Констанция, воздев руки, - да и так уже все говорят обо мне черт знает что. Меня уже обвиняют во всех смертных грехах, по-моему, все в Пьемонте только и судачат о каких-то интригах короля по отношению ко мне. - Нет-нет, дорогая, молва пока говорит лишь о твоей верности мужу.
- А о чем вы, мадам, хотите, чтобы все судачили? О моей неверности? О том, что я, Констанция де Бодуэн, стала любовницей короля, отдалась ему, вы хотите, чтобы все говорили об этом?
- Нет, что ты, Констанция, успокойся, не нервничай, - Арман схватил ладонь своей жены и крепко сжал. - Да успокойся же ты, Констанция, подумай, о чем ты говоришь?
- Я говорю правду, потому что знаю, о чем все думают и судачат. Все только и ждут того момента, когда же наконец нервы не выдержат, и я окажусь в постели короля. И ты, ты, Арман, мой дорогой муж, который клялся мне в верности на всю жизнь, ждешь этого же самого. И вы, мадам, ждете, когда же я буду сломлена.
Графиня де Бодуэн пожала плечами, помахала веером, поднялась и не зная, что еще сказать невестке и сыну, с недовольным выражением лица удалилась на другую половину дворца.
Констанция и Арман остались сидеть в гостиной, нприязненно посматривая друг на друга. Арман барабанил пальцами по крышке стола, а Констанция, чтобы как-то закончить этот разговор, сослалась на головную боль и покинула мужа.
Арман с силой ударил кулаком по дубовой столешнице. Китайская ваза, стоящая на столе, тонко зазвенела. Букет цветов задрожал и на дубовую столешницу упало несколько розовых лепестков.
- Действительно, ситуация безвыходная, - сам себе сказал Арман, - не пойти - плохо, пойти - тоже не к добру. "Что же делать? Может быть, Констанция действительно права и лучше будет сослаться на какую-нибудь болезнь, на годовую боль или сказать, что маленький Мишель совсем расхворался, и Констанция не решилась оставить его на попечение кормилицы? Нет, нет, надо идти, иначе король сочтет меня трусом. А ведь мне бояться нечего, я не преступник, никаких законов не нарушал. А Констанция - моя законная жена, и я останусь верен ей до конца своих дней". Граф де Бодуэн вскочил со стула и решительно направился в комнату своей жены.