Полилась легкая печальная музыка. Флейта то вторила клавесину, то начинала вести самостоятельную мелодию - и Констанция отдалась музыке. Ее тонкие пальцы прикасались к гладким прохладным клавишам, и инструмент отзывался на каждое прикосновение высоким мягким звуком.
Ночь, яркие полыхающие огоньки свечей, колеблющиеся на стенах тени, трепет пламени в камине и печальная музыка - все это так увлекло мужа и жену, что они не услышали, как к дому подъехала карета, запря женная четверкой белых лошадей.
На запятках кареты стоял лакей, а дверцы экипажа украшал королевский герб.
Занятые музыкой, ни Констанция, ни Арман не услышали, как хлопнула дверь кареты, откинулась ступенька и во двор вошел сам король Пьемонта Витторио.
Король не спешил войти во дворец графа де Бодуэна. Он стоял, прислонясь спиной к карете и глядя на освещенные окна, и слушал печальную мелодию флейты и клавесина.
- Откажись, откажись, Арман, - негромко сказала Констанция, - ты должен отказаться. Не оставляй меня одну. Возьми с собой в Мадрид.
Арман, на несколько мгновений оторвав флейту от губ, хотел произнести слова утешения, но не найдя этих слов, вновь припал к инструменту, и его пальцы пробежали по клапанам и вместо слов прозвучали печальные аккорды.
- Арман, ты меня слышишь? Ты слышишь, о чем я тебя прошу?
Граф де Бодуэн, не зная, что ответить жене, медленно отошел от клавесина и, продолжая прикасаться пальцами к клапанам, двинулся в соседнюю комнату. Констанция еще несколько мгновений продолжала играть на клавесине, сокрушенно покачивая головой.
Вдруг ее пальцы замерли. Она медленно поднялась и направилась вслед за мужем, который продолжал играть в соседней комнате.
- Не оставляй меня здесь одну. Не оставляй, - все настойчивее повторяла женщина.
А граф де Бодуэн будто и не слышал слов своей прекрасной жены. Он продолжал играть, его пальцы быстро пробегали по клапанам - звучала грустная мелодия.
- Я прошу тебя, Арман, прошу, не оставляй. Констанция, поняв, что муж не хочет слышать ее слова, взяла Армана за плечи и легонько встряхнула:
- Арман, ну я прошу тебя, прошу. Не оставляй меня, возьми меня с собой.
- Нет, - оторвав флейту от губ, резко бросил Арман и отошел от Констанции к окну. - Это приказ короля, и я не могу ослушаться.
- Но, Арман, ты не его раб. Ты свободный человек, ты мой муж и отец моего сына. Ведь ты сам хотел, чтобы я жила не у себя на родине, а вместе с тобой. Я послушно поехала вслед за тобой и оказалась в Пьемонте, а теперь ты хочешь бросить меня здесь. Ты же клялся, что всегда будешь рядом со мной. Всегда, всегда...
Констанция припала к груди своего мужа, а тот боялся посмотреть ей в глаза.
- Я, Арман, ношу твою фамилию, я под сердцем выносила твоего ребенка, наконец, я люблю тебя. А ты? Ты? Констанция схватила Армана за отвороты шелкового халата и привлекла к себе. Но граф де Бодуэн отворачивал голову, прятал свой взгляд.
Две тени, мужская и женская, то сливались, отражаясь на старинной шпалере, то расходились в разные стороны.
Пламя большого камина колебалось, выхватывая флейту, напряженно сжатую руку, закинутую голову с мольбой во взгляде, сверкающее ожерелье на шее Констанции.
- Арман, я прошу тебя, одумайся. Ведь твой отъезд принесет только несчастье.
- Я не могу, не могу, - заученно повторял граф. - Это приказ короля, и ослушаться я не вправе.
- Если ты больше не любишь меня, Арман, то по крайней мере, хотя бы защити меня, как свою жену.
- Ну что ты, дорогая, - надломленным голосом произнес граф де Бодуэн. Я люблю тебя, люблю, Констанция. Неужели ты этого не понимаешь?
- Арман, я все прекрасно понимаю... Вдруг граф де Бодуэн вздрогнул и напрягся. Он услышал приближающиеся решительные шаги в соседней комнате. Граф отстранился от Констанции и поспешил к двери. Констанция с досадой поморщилась, а граф де Бодуэн, подойдя к двери, грозно закричал:
Если вы хотите войти, то входите! Что вы медлите и топчетесь на пороге.
Он схватился за массивную бронзовую ручку и дернул дверь на себя.
В дверном проеме в черной шляпе темным силуэтом на фоне пылающих свечей стоял король Пьемонта Витторио.
Граф де Бодуэн вздрогнул и отшатнулся. С его уст готовы были сорваться слова извинения, но король опередил своего подданного.
- Благодарю за приглашение, граф де Бодуэн. Король переступил порог.
- Ваше величество, - дрожащими губами зашептал Арман, - входите, ваше величество. Простите меня.
Арман склонился в низком поклоне.
А Констанция, увидев короля, прикусила губу, поспешно оправила полы своего шелкового халата и тоже поклонилась.
На губах короля Витторио появилась улыбка. Он был явно обрадован произведенным эффектом, он понимал, что ни граф де Бодуэн, ни его прекрасная жена не ожидали визита, тем более в столь позднее время.
- Ваше величество, простите, - засуетилась Констанция, оглядывая свой халат и пытаясь запахнуть расходящиеся полы.
- Нет-нет, графиня, - перебил ее король, - это вы должны простить меня, я нарушил ваш покой и ворвался в ваш дом.
Граф де Бодуэн отступил к стене, с изумлением глядя то на короля, то на свою супругу.
- Я слышал, как вы играли, - сказал король, снимая шляпу с лихо заломленными полями и сбрасывая темный бархатный плащ, - мне понравилась музыка, она взволновала мое сердце.
Граф де Бодуэн подбежал к монарху и принял плащ и шляпу, а король, поправив парик, поклонился Констанции.
- Право слово, вы играли прекрасно.
- Ну что вы, ваше величество, - смутилась Констанция.
- Я давно собирался нанести вам визит.
- Что мы можем сделать для вас, ваше величество? - суетливо осведомился граф де Бодуэн.
- Да ничего делать и не надо. Главное, успокойтесь, не волнуйтесь, ведите себя естественно, так, будто бы ничего не произошло.
Король передал трость графу де Бодуэну и, пройдясь по комнате, остановился у пюпитра с раскрытыми нотами.
- Но ведь что-то, ваше величество, мы должны сделать для вас? - вновь настойчиво поинтересовался граф де Бодуэн.
- Полноте, граф, не беспокойтесь. Единственное, что мне нужно - это ваша компания.
Граф де Бодуэн и Констанция переглянулись. А король Витторио, пожав плечами, принялся листать ноты.