- Нет! - воскликнула Констанция, пытаясь выбраться.
Вода выплеснулась на пол, на ноги королю, но он даже не обратил на это внимания.
- Констанция, сиди, - засучив рукава и помешивая воду, шептал король, тебе сейчас будет легче.
Констанция понемногу успокоилась. Она прикрыла глаза и откинулась на спинку медной ванны.
- Мне плохо, - скрежетала зубами женщина - мне противно от того, что ты меня видишь, что ты видишь эти язвы, что ты к ним прикасаешься.
- А мне нравится, и если ты не замолчишь, я вытащу тебя из ванны и буду любоваться.
- Ты безумец, Витторио, безумец, ты лишился рассудка...
- А вот это не твоя забота, Констанция, дыши ртом и поменьше разговаривай.
Затем король взял большую простыню из плотной ткани и набросил на ванну.
- Дыши, дыши глубже, дыши ртом, - шептал король, гладя Констанцию по голове, - доктор говорил, что это очень полезно.
- Мне плохо, плохо, - воскликнула Констанция.
- Так и должно быть, дорогая. И чтобы хоть как-то успокоить возлюбленную, король сам сунул голову под простыню.
- Вот видишь, Констанция, и я с тобой, все будет хорошо.
Женщина не отвечала, ее дыхание было судорожным.
- Мне плохо, - шептала она.
Ни Констанция, ни король Пьемонта Витторио не слышали грохота канонады, не слышали криков вокруг дворца. А там двигались солдаты, лошади тащили тяжелые пушки, на горизонте пылало несколько селений. Маркиз Лоренцетти вбежал во дворец.
- Я хочу видеть короля, - сказал он, обращаясь к дворецкому, немедленно позовите его!
- Король никого не принимает, - ответил дворецкий.
- Тогда я сам пойду к нему.
- Не ведено пускать! - дворецкий хотел загородить дорогу, но разгневанный маркиз отшвырнул пожилого мужчину и направился наверх, туда, где была спальня Констанции.
Услышав шум, король оставил свою возлюбленную и вышел из ее спальни.
- Маркиз?! - воскликнул король.
- Да, ваше величество, это я. Французы все ближе и ближе, завтра они будут в Риволи. Так что надо спешно эвакуироваться. - Да? - как бы думая о чем-то своем, обронил король. - Спасибо, маркиз, что предупредили.
- Ваше величество, поспешите, иначе будет поздно.
- Да-да, маркиз, - король прислушивался больше не к тому, что говорит маркиз, а к тому, что происходит в спальне Констанции. - Извините, маркиз, я очень занят, - король резко развернулся и скрылся за дверью.
Маркиз пожал плечами.
- Кто это приходил? - спросила Констанция.
- Маркиз Лоренцетти, - ответил король, всыпая в ванну белый едкий порошок.
- Что он хотел? - морщась от удушливого запаха, спросила Констанция.
- Он говорит, что французы завтра могут быть в Риволи.
- Французы в Риволи! - воскликнула женщина. - Боже, а что же будет с нами?!
- Не волнуйся, я тебя спасу.
- Но как, как, Витторио?
- Не волнуйся, дорогая, вот только примешь ванну, я наложу маску, спеленаю тебя, а потом сразу же отдам распоряжения, начнем эвакуацию.
- Боже, как это ужасно! Почему они дошли до Риволи?
Король пожал плечами.
- Не думай об этом, дыши как можно глубже.
- Ты сумасшедший, - прошептала Констанция уже который раз за день.
- Да, возможно, но я, тем не менее, люблю тебя и не представляю свою жизнь без тебя.
- Любишь, не любишь, какая разница? Французы захватили Пьемонт, а ты говоришь мне о любви.
- Ну и что? Они могут захватить всю землю, а я, Констанция, буду продолжать любить тебя.
- Это ужасно, Витторио, ты даже сам не понимаешь, до какого безумства дошел.
- Это неважно. Не разговаривай, дыши ртом, вдыхай этот пар, доктор говорит, что он очень целебный.
- Я сомневаюсь, что меня вообще что-либо может спасти.
- Я, Констанция, спасу тебя.
Через час, когда вода в ванной уже остыла, король бережно вытащил Констанцию и на руках перенес в постель. А затем принялся обмазывать ее тело серой мазью и укутывать тканью.
- Как ты себя чувствуешь, тебе легче?
- Да, - заскрежетав зубами, ответила Констанция, - мне легче. Иди отдавай распоряжения, пусть из твоего дворца все увозят, а самое главное, пусть заберут картины.
- Еще будут какие-то пожелания? - осведомился король Витторио, с улыбкой глядя на Констанцию.
- Пока нет.
- Значит, дорогая, твои дела пошли на поправку, ты начинаешь разговаривать, как и прежде.
Король привязал Констанцию, а сам, собрав охрану и челядь, быстро стал отдавать распоряжения.
- Карета с наследником уедет первой.
- Нет, - воскликнула королева, - я хочу уехать вместе с тобой. Король зло сверкнул глазами, и королева замолчала.
- Скажи моему сыну, пусть собирается. Королева поклонилась и покинула гостиную. Эвакуация проходила впопыхах, бралось только самое ценное, самое дорогое.
- И приготовьте для меня большую карету.
- Слушаюсь, ваше величество, - сказал дворецкий, - распоряжение уже отдано.
- Хорошо, - крикнул король, вбегая на второй этаж туда, где он оставил Констанцию.
Та лежала с открытыми глазами, она выглядела так, будто ее распяли на этой большой белоснежной кровати.
- Ну что там? - спросила она, прислушиваясь к грохоту далекой канонады.
- Да ничего, дорогая, все нормально. Я отдал распоряжения и на рассвете мы покинем Риволи.
У королевского дворца собирались разрозненные остатки разбитых полков, беженцы. Весь подъезд и вся центральная аллея были запружены повозками убегающих крестьян, истошно ржали лошади, мычали коровы, блеяли овцы. А на горизонте все ярче и ярче пылало зарево. Крестьяне испуганно оглядывались.
- Это наше селение горит! - кричал седоусый мужчина.
- Да, да, наше, а вон там горит другое селение, люди из него ушли еще вчера, там остался только священник, - говорил седоусый, - он не захотел уходить.
- Да, у вас в селении хороший священник. Вдруг какая-то женщина истошно завопила:
- Это все она, она! Шлюха, королевская шлюха виновата, из-за нее король потерял голову!
- Шлюха! Шлюха! - подхватило сразу же несколько голосов.
Король плотно прикрыл окно и задернул тяжелые шторы.
- Что они кричат? - чуть-чуть приподнявшись, спросила Констанция.
- Они обезумели от страха, вот и орут.
- Нет, по-моему, они кричат, что все произошло из-за меня.