— Ну, что ж, это меня устраивает. Я договорился с ювелирами о том, что буду у них во вторник с первым взносом и подписанным королевой документом. У нас есть время до понедельника, графиня.
— А когда вы отбываете в Рим, ваше высокопреосвященство?
— Точная дата моего отъезда пока неизвестна. Она уточняется по дипломатическим каналам. Во всяком случае, я пробуду в Париже всю будущую неделю.
Графиня де ла Мотт улыбнулась.
— Значит, я успею передать ожерелье ее величеству. Я даже надеюсь, что королева сможет найти время для новой встречи с вами.
Морщинистые щеки кардинала покрылись легким румянцем.
— Вы думаете, что это возможно? — с надеждой спросил он.
Графиня поднялась с дивана.
— Это не только возможно, но и более чем вероятно, — уверила она де Роана. — Получив такой подарок, ее величество непременно захочет отблагодарить вас. Что может быть лучшим способом проявления благодарности с ее стороны? Разумеется, встреча. Во всяком случае, если она спросит меня об этом, я непременно порекомендую ей доставить вам такое удовольствие еще до вашего отъезда.
После таких слов кардинал обрадованно воскликнул:
— Господь слышит мои молитвы! Он послал мне в вашем лице ангела-хранителя, который взял на себя заботу о моих сердечных делах! Графиня, вы обязательно будете вознаграждены за это на небесах.
Госпожа де ла Мотт мило улыбнулась.
— О большем я и не смею мечтать.
Кардинал со страстью, более приличествующей юному кавалерийскому офицеру, поцеловал руку графини и проводил ее до двери кабинета.
— Я вынуждена вас покинуть, ваше высокопреосвященство, — сказала госпожа де ла Мотт, прощаясь. — Как вы сами понимаете, меня ждут дела в Версале.
— Конечно-конечно…Де Роан остановился у двери и неожиданно взмахнул рукой. — О, бог мой! Я ведь забыл о самом главном… Купчая… Он быстро направился к своему столу, открыл ящик и достал оттуда свернутую в трубку и прошнурованную бумагу.
— Вот, попросите королеву поставить свою подпись. И можете обрадовать ее — во вторник я передам вместе с вами ожерелье, предназначенное в подарок ее величеству.
Графиня забрала документ и опустила голову.
— Узнав об этом, королева будет счастлива, ваше высокопреосвященство. То же самое я могу сказать и о себе.
Покинув дворец кардинала де Роана, графиня де ла Мотт села в карету и приказала кучеру:
— В Сен-Антуанское предместье.
Карета графини де ла Мотт остановилась рядом с дешевым постоялым двором на кишевшей народом улице в Сен-Антуанском предместье. У мостовой возвышался обветшалый четырехэтажный дом, на котором висела покосившаяся вывеска — «Уютное местечко».
Когда кучер спустился вниз и открыл дверцу кареты перед графиней, она с изумлением воззрилась на слугу.
— Ты что, с ума сошел? Неужели ты думаешь, что я отправлюсь в эту помойную яму ?.. Слуга склонился в низком поклоне.
— Простите, госпожа, я подумал…
— Он подумал!.. — возмущенно воскликнула графиня. — А ну-ка, немедленно отправляйся в этот свинарник, найди там графа Калиостро и приведи сюда. И пошевеливайся, лентяй!..
Слуга со всех ног бросился выполнять поручение, данное ему госпожой, а графиня де ла Мотт тем временем развернула документ, переданный ей кардиналом де Ровном, и еще раз внимательно изучила его.
— Что ж… — мстительно произнесла она, отрывая взгляд от бумаги. — Птичка попалась в клетку, осталось только захлопнуть дверцу!..
Спустя несколько минут, граф Калиостро, как обычно одетый во все черное, спустился вниз и сел в карету рядом с графиней де ла Мотт.
— Добрый вечер, моя дорогая, — потянулся он губами к ее щеке. Однако, графиня с брезгливым выражением лица отстранилась.
— Что случилось? — недовольно пробурчал Калиостро. — Неужели я чем-то обидел вас?
— Лучше скажите, когда в последний раз вы принимали ванну? — скривилась госпожа де ла Мотт. Калиостро пожал плечами.
— Не далее как вчера.
Это объяснение нисколько не удовлетворило графиню.
— Да?.. — снова скривилась она. — Интересно, где же?.. Уж не в Доме ли госпожи де Сегюр? Насколько я понимаю, в той помойной яме, где вы сейчас живете, горячей водой даже не пахнет.
Дабы не продолжать этот неприятный разговор, Калиостро обратился к другой теме:
— У вас, наверное, есть какие-то новости для меня, моя дорогая?
— И срочные.
Графиня протянула Калиостро свернутый в трубку документ.
Итальянец улыбнулся.
— Что, еще одно любовное послание от нашего дорогого кардинала? Графиня вспылила: