Повстречайся господин Жансон тебе, Джузеппе, ты мог бы заговорить с ним, не будучи знакомым. Его можно было затащить в кабачок и изложить ему свое дело — он бы внимательно выслушал и ушел вполне довольный тем, что бесплатно выпил вина. Между тем ты остался бы наедине со своим делом.
Калиостро, выслушав начало рассказа Рето де Виллета о господине Жансоне, выглядел уже не таким мрачным, как еще несколько минут назад.
— Да, — протянул он, — похоже, этот твой знакомый не был образцом нравственности. Рето рассмеялся и развел руками. — Именно об этом я тебе и говорю. Однажды, лет десять назад, я организовал здесь себе небольшое дельце по торговле фальшивыми векселями. У меня завелись кое-какие денежки. Так вот, приходит ко мне однажды этот господин Жансон и просит пятьдесят ливров взаймы. Наличности у меня не было, а полтинник, сам понимаешь, не такая сумма, чтобы отказывать знакомым в долг. Я выписал ему ассигновку на своих доверителей. Сумма была проставлена цифрами. И, как ты думаешь, что он делает?
Калиостро рассмеялся.
— Кажется, начинаю догадываться. Цифры в ассегновке — это же простор для любого мошенника. Сколько нулей он тебе приписал? Рето радостно хлопнул себя рукой по колену. — Ты угадал, Джузеппе. Мое счастье, что ему нужно было всего лишь пятьсот франков. Он приписал один ноль. Каков молодчик! Пятидесяти ливров ему было недостаточно, так он росчерком пера добыл пятьсот, в которых нуждался. А ценные книги, которые он мне преподнес! — Какие еще книги?
— О! — весело воскликнул де Виллет. — Это еще более забавная история. Мне нужна была одна довольно ценная книга. Я спросил у Жансона, и через несколько дней он принес мне эту книгу. Потом мне понадобилось еще одно редкое издание.
Калиостро наморщил лоб.
— Ты что, занимался книгоиздательством?
Рето отмахнулся.
— Да какое это имеет значение? Ты лучше слушай. Мне нужна была еще одна книга, и он снова мне ее поииес. Я хотел заплатить, но он не взял денег. Потом мне понадобилась новая книга, а он говорит мне: «Этой тебе не достану. Ты слишком поздно сказал: мой доктор умер». Я спросил его: «А что общего между твоим доктором и книгой, которая мне нужна? Ты что, первые две взял в его библиотеке?»— «Ну, конечно». — «И без его согласия?» Ты знаешь, что он мне ответил? «А зачем мне нужно было его согласие, чтобы совершить акт справедливого распределения? Я только переместил книги, перенося их оттуда, где они были бесполезны, туда, где им найдется достойное применение».
Калиостро совершенно забыл о своих печалях и расхохотался.
— Каков оригинал!
— Но это еще не все, — продолжил Рето. — Сейчас я тебе расскажу, как этот Жансон, полагаясь только на свою хитрость, угодил в долговую тюрьму. Дело было в Троицын день, когда я утром получил записку от Жансона, просившего меня навестить его в тюрьме, куда он угодил. В общем, я даже не задумывался над тем, почему он туда попал — после истории с книгами, фальшивой ассигновкой меня уже ничего не могло удивить. Например, его мог засадить туда его портной, булочник, виноторговец или домохозяин, которым он не заплатил или пытался всучить фальшивые расписки. Короче, прихожу и застаю его в одной компании с невероятно гнусными типами. Спрашиваю его, кто эти люди. А он отвечает: «Старик с очками на носу — человек ловкий и превосходный бухгалтер, пытающийся согласовать книги, которые он ведет, со своим личным счетом. Это дело нелегкое — мы с ним это обсуждали, — но я уверен, что он своего добьется».