Приснилось мне, что кто-то тыкает мне в локти и колени какими-то иголками. Я лежу на камне, а какое-то жуткое существо втыкает в меня большие иглы… Боже, какой кошмар! Мама разбудила меня и отправила в кровать: завтра рано в школу.
На следующий день я как всегда училась без проблем и, конечно, устала. Я засунула в шкафчик ненужную тетрадь и скотч, заперла шкафчик и отправилась на выход, к автобусу.
– Эй, зубрилка! – услышала я окрик. Это были Хизер и Мэгги. Они стояли в окружении мальчишек, напялив на себя фирменные ультракороткие юбки: обе были черлидершами в нашей школьной команде по американскому футболу.
Я подошла к ним спокойно и уравновешенно, даже придала лицу слегка высокомерное выражение.
– Что вам надо? – спросила я и поджала губы.
– Не хочешь с нами потусить? Выпьешь пива хоть, немного человеком станешь! – весело сказала Хизер.
Я давно знала, что они зовут многих школьников, особенно тихих, на такие собрания для того, чтобы поиздеваться над ними, и конечно решила отказать им.
– Никуда я не пойду, – фыркнула я. Мэгги изобразила на лице печаль.
– Многое теряешь… Мы тебе хотели столько всего рассказать: про секс, про защиту от беременности, но куда тебе с твоим-то видом: какой парень на тебя посмотрит? Только языком молоть умеешь, а за собой следить тоже надо!
Девушки дружно рассмеялись, а парни улыбались, глядя на них.
– А вот вы зато никем не станете, если оценки не повысите! – парировала я. – Будете в мотелях уборщицами работать, или пойдете в проститутки.
– Ах ты тварь! – взвизгнула Мэгги. – Да как ты смеешь?! Ты, уродливый кусок дерьма!
Мэгги взяла меня за шиворот и поставила к стене. Я уже приготовилась к тумакам. Она ощутимо ударила меня ногой в живот, и я осела на землю, задыхаясь. Потом я встала, еле-еле качаясь на ветру, и со слезами на глазах отправилась к автобусу под хохот старшеклассников. Очень больно, страшно и зло берет, но вспышка гнева заканчивается унынием и смирением: они все равно сильнее. И разве уж я такая уродина?.. Я попыталась пригладить свои волосы – но они все равно, хоть ты тресни, торчали в разные стороны. Может, мне начать краситься?.. Ах нет, что за глупость! Они не внушат мне ничего такого, что я раньше не делала и вообще делать не собираюсь.
Я ехала домой и смотрела в окно. Сегодня на математике я ответила блестяще! Стоит похвалить себя за это, да и миссис Фортескью улыбнулась, ставя мне «А+». Она вообще меня очень любит и ждет, что я поступлю на компьютерные технологии или в целом на математику, когда закончу школу. Любовь учителей грела меня, даже если кто-то пытался меня обидеть. Мнение задир – чушь по сравнению с мнением миссис Фортескью! Я глубоко вздохнула, обняла руками рюкзак, который лежал у меня на коленях, и закрыла глаза.
Я сидела так примерно десять минут, а потом внезапно вспомнила о вчерашнем странном открытии. Решив проверить, на месте ли моя тень, я открыла глаза и вгляделась в кресло передо мной. Тени опять не оказалось! Что за чертовщина? Я испугалась и была как на иголках: хоть бы какая-то часть моего тела отбросила желанную тень! И все равно нет! Я вышла из автобуса возле дома абсолютно раздосадованной.
– Мама, у меня опять пропала тень!
Мама готовила оладьи и жарила индейку.
– Сколько раз тебе говорить: больше отдыхать нужно! – пожурила меня мама.
– Но ее правда нет! Пошли, покажу!
Мы вышли на задний двор, и я продемонстрировала маме отсутствие тени. На этот раз тень не вернулась так быстро, она отсутствовала. Мама была изумлена.
– Как так, Хайди?
– Я сама не знаю! – в не меньшем изумлении вскрикнула я.
Каменный фасад нашего дома был отчетливо покрыт светом солнца и тенью мамы, а я стояла рядом, глядя на пустой, светлый камень.
– Ничего, главное, что у тебя ничего не болит и ты в полном порядке!
Мама обняла меня, но мне хотелось плакать от такой злой шутки природы. У всех есть тени, а у меня – нет! Солнце светило ярко, сомнений быть не могло.