Глава 18. С дискомфортом в аэропорт
Водитель отдыхал в спальне, Аргий все еще был в ванной, и я надеялась, что наш с Жаном разговор останется между нами.
Присев за стол, неторопливо отрезала мясной ломтик и, насадив его на вилку, с аппетитом принялась за еду, развеивая дурные мысли. Жан упал на диван и, нарочито сладко потянувшись, с улыбкой перевернулся на живот. Его лицо опустилось на подушку, но я чувствовала боковым зрением, что он украдкой посматривает на меня.
— Выкладывай.
— Вкусно?
— Да, ты хороший повар. Но тебе меня не провести, ты все еще думаешь об "этом". Так что ты задумал?
Вооружившись вилкой, я присела к камину у дивана, чтобы Жан мог понизить голос до шепота.
— Я думаю, Кармайкл знает. И он как раз из тех, кто оставил бы тебя рядом из гастрономических интересов. Наверняка, он не позволил бы и капле твоей крови упасть на пол, не подставив язык.
Задумчивое выражение лица выдало меня с головой. Я вспомнила, каким был на ощупь шероховатый язык Леонарда на моей руке, и невольно бросила взгляд на свой уже затянувшийся порез.
Вспомнила его прикосновения в спальне, когда я была почти готова ответить на его ласки. Но он был сдержан. Не потому ли, что не хотел испортить чистоту своей будущей пищи. Проверял ли он меня, или он уже знал. Ведь Олав догадался, и намеренно сторонился меня.
— Ты хочешь знать наверняка?
— Да, но я же не могу спросить: «Вы спасли меня, чтобы потом есть?»
— Просто демонстрации укуса будет достаточно, если, скажем, я тебя при нем поцелую. Пусть решит, что ты отдалась мне, и пирожок достался другому.
— Думаешь, он сразу изменит свое отношение ко мне?
— Вот и проверишь.
— А если изменит...
— То Аргию все равно нужен человек в комитете. Но диктовать условия уже будешь сама.
— Я все равно хочу помочь мейстеру.
— Ладно, как скажешь. А я помогу тебе. Всего один липовый поцелуй. Спорим, он будет зол так будто, я у него украл.
Я замолчала, а потом также шепотом добавила:
— Так странно договариваться о таком. Почему ты так хочешь мне помочь?
— Потому что я не такой козел, каким ты меня считаешь.
— Ясно. Ты другой козел. Видимо, существуют виды козлов, в которых я пока не разбираюсь.
— Меня просто бесят напыщенные аристократы, которые пудрят мозги молоденьким девчонкам вроде тебя, а потом обглоданные до костей девичьи трупы прикапывают за фамильным склепом. Очевидно, что ты не сможешь убедительно соврать даже пятилетнему вампиру, а мейстеру уже лет пятьсот, не меньше. Добавим капельку реализма.
Он спрыгнул с дивана, и подняв меня в воздух, понес на кухню.
— Отпусти. Я закричу. — Мой шепот стал громче.
— Тогда почему ты еще не кричишь? — шепотом ответил он.
Посадив меня на кухонный гарнитур, и раздвинув ноги, втиснулся вплотную, не обращая внимание на мои барабанящие по его груди руки.
Потянувшись выше, достал аптечку из ящика над моей головой и, выудив из нее пакет, разорвал упаковку зубами.
— Что ты...
— Лейкопластырь. Приклеим на шею, он яркий, и его сразу будет видно.
Ярко-красный детский пластырь с мультяшками был зажат между его пальцев.
Второй рукой Жан уверенно оголил мою шею, и наклонился, проведя кончиком носа по коже от ключицы до подбородка, выбирая место по запаху.