Ирина, стоя на крыльце офиса, пыталась оторвать каблук на «китайской» близняшке. Изобразить из лодочек подобие балеток — единственный выход в сложившейся ситуации.
Хм, а директор, оказывается, рыцарь: ждал сотрудницу в фойе и благородно предложил подвезти её, хромающую на одну ногу, до дома. Приятно было осознавать, что начальник раскрылся совсем с неожиданной стороны. Настаивал горячо, но не долго. И это капельку разочаровало Котову.
Прохладный ветер швырнул ей прямо в лицо мелкие капли с козырька, под которым она стояла. Женщина отпрянула и решительно сняла сумочку с плеча. Хватит издеваться над собой! Экономь, не экономь, а здоровье дороже. Ноги замерзли, руки окоченели, на плечи легли холодные ладони первого признака простуды. Но не успела Ирина нажать и пары кнопок вызова такси, как перед крыльцом остановилась директорская иномарка. Водитель Володя улыбнулся отбивающей зубами чечетку Кошке.
— Ирина Петровна, садитесь в машину!
Та была уже не в состоянии и далее проявлять строптивость и поэтому быстро юркнула в нутро теплого и сухого авто, располагаясь на заднем сиденье.
Восседающий рядом с шофером Коршунов что-то невнятно пробурчал, типа: «Стоило ли артачиться?», но даже голову не повернул в ее сторону. Так они и катили по дождливому городу: молчаливый и оскорбленный в лучших чувствах Вадим Федорович, трясущаяся и расстроенная Ирина Петровна и невозмутимый водитель Владимир.
Поймав взгляд женщины в зеркале заднего вида, последний слегка отклонил голову назад.
— Там рядом с вами, на сиденье, термос с горячим чаем. Выпейте, быстрее согреетесь.
«Деспот» бросил нечитаемый взгляд на подчиненного. Сам не догадался, болван! Прескверный из него выходит джентльмен. Такие мелочи женщины подмечают, и это в их глазах не прибавляет плюсов мужчине. Досада пополнила список негативных эмоций Вадима.
Экономист благодарно припала к крышке с обжигающим напитком…
Чувствуя себя галантным кавалером, шеф открыл дверь машины и проводил женщину до подъезда под зонтом, чем и заслужил потеплевший взгляд, полный непролитых слез.
И при взгляде в эти омуты болотного цвета на душе Коршунова стало совсем паршиво.
— Мам, ты что, заболела? — Сашка заглянул в зал.
Ирина сидела на диване, укутанная в плед по самые глаза, и отрешенно смотрела в темный экран телевизора.
— Да нет, сынок, просто день сегодня был какой-то… неправильный. Устала, перенервничала.
— У тебя неприятности на работе?
— Не неприятности, а катастрофа. Увольняюсь я… — У Кошки затряслись губы, глаза защипало.
— Та-ак, рассказывай, что случилось. — Наследник сел рядом, обняв мать за плечи. От этого такого взрослого мужского жеста стало так хорошо и до боли обидно, что она своим упрямством перечеркнула его благополучное материальное будущее на время обучения. Ладно хоть бюджетник. Но ведь могла поддаться на уговоры начальника, немного поторговаться и уступить. Кому сделала хуже? Ну не Коршунову же? Себе, глупой, и сыну. Ради кого живешь, упрямица?
Рассказ получился короткий, с тихими слезами, без пикантных деталей с чулками и юбкой и боевых подробностей о штурме дверей директорского кабинета.
— И все из-за какой-то распечатки?
— «Из-за какой-то», — фыркнула женщина. — На стол начальника лег от меня вместе со сводной «документ» эротического содержания! И это в процессе рабочего момента! Ох, Саш, если бы ты только знал, что там написал этот… консультант. Дернул черт ввязаться в эту авантюру.
— У тебя файл сохранился?
— Да, а зачем тебе?
— Почитать хочу, если ты не возражаешь.
Ирина безразлично пожала плечами.
— Читай. Ознакомься с мамкиным позором.
Младший Котов ушел к компьютеру, а она тихо переместилась в кухню. Поставила чайник. Обещала подойти Козырева с интереснейшими новостями. Состояние хозяйки квартиры не располагало к жизнерадостному приему гостей, но визит подруги мог хоть ненадолго отвлечь от драматичных мыслей.
— Ну привет, дорогуша. — Светка выглядела тоже не очень. — Держи. — Она передала Ирине сверток.
— Сегодня пьём только чай? — В пакете прощупывались ещё горячие бока пирожков.
— Мы с тобой разве пьем? Так, лечим иногда вконец расшатавшиеся нервы. — Блондинка протяжно глубоко вздохнула.
— Что, хуже, чем у меня?
— Вот сейчас и проверим, у кого масштаб разрушений впечатлительнее.