— Саш, ты чего там присох к компьютеру? — Ирина дожаривала картошечку, а Светлана нарезала слабосоленую подкопченную сёмгу, колбаску, сыр, помидорчики, огурчики… — Приходи, у нас тут скатерть-самобранка щедростью своей поражает!
— Играет? — спросила подруга.
— Читает. Знакомится с творчеством господина юриста. Уже второй час пошел, как сел у монитора.
— У-у, мой Ромка тоже много перед экраном сидит, только в отличие от твоего все больше в онлайн играх. А помнишь, мы ведь обходились без всего этого. В пятнашки во дворе играли, в жмурки, в прятки.
— Да, помню. — Кошка рассмеялась. — А еще помню, как во время таких пряток ты примчалась ко мне и давай хвалиться: «Ирка, а меня Колька-колокольчик поцеловал в губы!»
— Да ну тебя, — Блонди стыдливо опустила глаза, — конечно помню. Это сколько нам было?
— Кажется, я во второй класс ходила. А мальчишка на два года старше меня… Господи, как давно это было. Дети…
— Да уж… Где этот Колокольчик сейчас? И вот скажи, мужики что в детстве, что повзрослев и возмужав, ну ни на грамм не изменились. Все такие же, только и давай им целоваться без спроса.
Котова хохотнула.
— Не поняла! И сейчас спрашивать должны разрешения? Типа, Светлана Николаевна, позвольте облобызать вас, милейшая?
— Вот тебе смешно, а ведь было бы лучше, если б хотя бы намекнул, а то сразу хвать и присосался, не дав опомниться!
— Ты это о чём, Блонди? Никак ухажёр появился?
— Появился и слился! Самоуверенный, наглый, с полными штанами тестостерона! Вы в моем вкусе, голубоглазая фея, готов жениться…
— Стоп! А он трезвый был или пьяный?
— Есть разница? — Светка подозрительно покосилась на подругу. — А если и поддатый?
— Ой, наивная-я, мужики все по пьяни женятся, а наутро и не вспомнят, как тебя зовут. Не тебе ли знать? Опыта семейной жизни через край. Не поверишь, меня босс тоже сегодня замуж звал! — Ирка рассмеялась. — На полном серьезе, да, да, убери этот скептицизм с физиономии. Как юбку выше колен задрала, так и предложение сделал! Не, я ему сначала ручку от двери кабинета с корнем выдрала. Видать, мой темперамент ему очень понравился. Всякие были, а вот с такой впервые столкнулся, решил: надо брать!
— Эко проняло мужика! Так что ж ты сидела целых два года безрезультатно с таким образцом? Рубанула бы уже давно весь свой дресс-код по самые!.. — И показала руками такое «по самое», что у Котовой от ужаса глаза стали в два раза больше!
— Не могу я так, я дама, воспитанная на нормах морали. Да и должность не позволяет отступать от офисного этикета. — И немного помолчав, добавила грустно: — Это шестопаловский коньяк меня сбил с пути истинного. Вот ей-ей, он виноват! И немного жаркий взгляд, как и благородный профиль «кровопийцы»…
— Твой босс у всех вас на виду. Вы его каждый день созерцаете и знаете о нем многое… или догадываетесь. А мой этот — гангстер залетный!
— Бандит, что ли? Ты где его подхватила, подруга? — Кошка не на шутку встревожилась.
— Он въехал в мой неповторимый юбилейный тортик со смурфиками, а потом мы нанесли визит прокурору, и там этот мистер Эркюль, который Пуаро, выпытывал про круг моих интересов, включая тебя.
— У меня нечего грабить. А «прокурор» — это кличка? — осторожненько так поинтересовалась.
— Прокурор — это самый что ни на есть главный законный представитель обвинения нашей области, сам Костенко!
— О-о, каким ты людям гномов лепишь! — протянула хозяйка квартиры уважительно, сдерживая улыбку.
— Хочу сказать, что этот Сан Саныч — следователь по особо важным делам. Смекаешь, насколько мир тесен может оказаться?
— Фамилия?
— Убегала быстро, не успела спросить, — с долей иронии ответила Козырева. — А что со «Стервой»? Дашь почитать?
— Какая «Стерва»? Издеваешься? Вот как связалась с этим шлёпнутым консультантом, так все желание творить напрочь отбило. Как корова языком слизала вдохновение. И все неприятности из-за него и начались. Знала бы его лично — убила бы! Может, сыщика твоего нанять? А ты лобызаниями рассчитаешься.
— Какая ты меркантильная девушка, Котова! Мокруху мне доверяешь?
— Обслюнявил всю, что ли, когда целовал?
— Не угадала. Целует он со знанием дела. Впился так, что коленки тряслись потом ещё два квартала!
— Вы что, пиявок обсуждаете? — в кухню влетел наследник. — Мам, я в комнате поем, там сейчас самый напряженный момент. Тема хлынула такая, ух! Боюсь, потоки прервутся, если отвлекусь, — накладывая себе в тарелку всего понемногу с хлебосольного стола, протараторил он скомкано и только ему понятное.
— Не смей вытирать руки о футболку! — крикнула Ирина вдогонку исчезающему за дверью кухни сыну.