Девушка рассказала о новостях за рабочий день, в особенности, как мистер Майер всячески пытался разузнать об её личной жизни. Ей казалось, что начальник испытывает к ней какие-то странные чувства. Но, понятное дело - Грейс, несмотря ни на что, не станет встречаться с таким чрезмерно бесхарактерным и старым человеком, ведь эта любовь уж точно безответна, да и какая адекватная личность будет жить с тем, кто вызывает сильную неприязнь?
— Странный мужчина, - усмехнулся Уинстон. — Что-то мне стало нехорошо, я, пожалуй, прилягу.
— Но ты ведь и так весь день проспал.
— Всё равно.
Зайдя в свою комнату, Уинстон не сразу лёг на свою кровать: изначально он сел за стол и взялся за свою вновь заболевшую голову, облокотившись своими локтями. Состояние парня было не очень хорошим. Он с тяжестью вздохнул и уставился вниз.
Уинстон с испугом отвлёкся на шорох, возникший с другого конца комнаты; но проблема заключалась в том, что там он находился совершенно один, и ничего, кроме ветра, проникшего из открытого окна, не могло так внезапно напугать. Парень обернулся, встал со стула и закрыл окно. Сев обратно, его вновь потревожило что-то необъяснимое. Кто-то назвал его имя и дотронулся обеими руками до плеч. Крофтон снова обернулся и увидел своего мёртвого брата...живым, словно ничего с ним не происходило, прямо как во сне.
— Бен?! - чуть ли не крича, спросил Уинстон, по которому пробежали мурашки.
— Я тоже рад тебя видеть, - с усмешкой ответил тот. — Не ожидал меня встретить здесь?
— Какого чёрта? Ты ведь мёртв. Это абсурд!
— Действительно, я умер, а прямо сейчас говоришь со мной. Такое бывает только в кино, правда? Мне пришлось навестить своего младшего брата по нескольким причинам.
Юноша едва верил своим ушам и глазам. Перед ним стоит старший брат, что только и пугало, а также приносило навязчивые мысли о нестабильной психике.
— Зачем ты пришёл ко мне? - задал вопрос Уинстон, словно вполне адекватно то, что происходит сейчас. — С какой целью?
— Если быть откровенным с тобой, то я лишь хочу, чтобы ты смирился с обретённой потерей меня.
— С чего ты взял, что я до сих пор не смирился? Соглашусь, всё никак не укладывается в голове то, насколько загадочна твоя смерть в нашей крохотной семье. Никто не знает, что случилось с тобой на самом деле, именно этакая мысль способна бросать меня в заблуждение.
— Вряд ли смогу ответить на этот вопрос, но, прошу тебя, мой любимый брат, перестань так зацикливаться...Начни новую жизнь, смирись, наконец с утратой. Не хочу, чтобы страхи и моральные мучения настигали тебя. Ты стал даже плохо есть, едва через день. Почему?
Едва покраснев, Уинстон, замечательно и чётко видя своего брата, отвечает ему с некоторыми заиканиями:
— Дело далеко не в этом, Бен. Просто пропало желание есть, если помнишь, такое у меня с каждым годом, а со временем исчезает.
— Если бы я не умер, такое тоже бы произошло? - прямолинейно спросил Бен, выражение лица которого стало довольно серьёзным. Его младший брат, естественно, был шокирован таким вопросом, поэтому просто проигнорировал.
— С каждой мыслью о моей смерти, ты постепенно губишь и уничтожаешь себя. Я пришёл именно потому, что те галлюцинации, случившиеся из-за голодовки, вызвали меня к тебе. Чем больше ты будешь голодать, тем чаще я буду приходить к тебе. Но мне так не хочется сводить тебя с ума и лишать здравого ума. Уинстон, в этом мире меня больше нет. Я всего лишь твоё видение. Оставь всё позади...
— Но...
Как только Уинстон произнёс своё “но” и оставил свою мысль закрытой, Бен исчез сразу после одного моргания глазами; его брат словно сквозь землю провалился, а самое ужасное, что также внезапно, как умер тогда. Парень понял, до чего довёл самого себя благодаря тех самых навязчивых мыслей о старшем. Из-за тоски, как оказалось, он всячески отказывался есть, разве что один раз в сутки максимум, вот и вошли в его жизнь галлюцинации от некого голодания. Побледневшая кожа, мешки под глазами и боли в различных областях давали о себе знать, неоднократно Грейс уже замечала его странное поведение со дня трагедии в семействе Крофтонов.
Парень со спешкой побежал на кухню к холодильнику, взял с собой нынешний ужин и наложил себе в тарелку огромную порцию, которую вряд ли бы смог съесть даже самый голодный человек на Земле. Уинстону хотелось избавиться от подобных видений, а значит, стоит восстанавливать аппетит и не слишком жестоко ограничивать себя в количестве еды. Наконец, юеоша почувствовал хоть какую лёгкость как на душе, так и физически. Сразу было заметно, как появилась энергия и улучшение настроения. Но вряд ли в его памяти забудется, как Бен навещал его в такое тяжкое время. “Нужно жить дальше”, как говорил об этом Крофтон старший. Действительно, люди должны, а то и обязаны прежде всего думать о настоящем, никак иначе!