И что-то подсказывало, что дело тут не только в холодной водичке…
Он упрямо заглушил панику и попытался нащупать ловчую сеть в кармане.
– Стой!
Сбоку тихонько зашуршало.
Айримир скосил глаза на вход в нору паука, тщетно пытаясь затаить дыхание. Воздуха катастрофически не хватало, грудь вздымалась сама собой. В норке шевельнулось, на поверхности показалась изящная голубая лапа. Будто игрушечная: яркая, нарядная. Лапа аккуратно пощупала нить паутины, как маэстро – натянутую струну, и втянулась назад.
– Может, ты ему не по вкусу? – полуобморочным шепотом предположил Кип.
– Скорее, не по зубам… пока что, – выдавил Айримир и объяснил свою догадку, делая частые вдохи: – Думаю, он распыляет какую-то дрянь… и по ту сторону тоже… Мне еще там дышать трудно стало… Сейчас окочурюсь от гипоксии… и он спокойно отобедает.
– Он тебя отравил?!
– Могло быть хуже, – философски подметил Айримир, снова нашаривая карман – на этот раз медленно, буквально по миллиметру. – Представляешь если б он… ледышками стрелял?
Кип тихо заскулил. Айримир решил бросить последние силы на спасение, боясь задохнуться прежде, чем свяжет мысль в осознанное предложение.
Паук почуял неладное раньше, чем Айримир выудил капсулу с сетью. Не на руку было и то, что в глазах темнело от недостатка воздуха. Лапа втянулась в нору, и криво брошенная капсула звякнула и отскочила, не успев ее зацепить. Мгновением позже паук выскочил из норы, стремительно пересек пещеру и принялся вытанцовывать что-то агрессивное, делая молниеносные выпады и тут же отбегая. Шаткому перемирию пришел конец.
– Ter khant na Eidirni!
– Хватит присваивать… мои ругательства! – выдохнул Айримир и, закашлявшись, решительно подпалил паутину вокруг себя.
Паук завизжал, будто старый нож на заточке, и заметался по пещере, норовя пробраться к норе и обжигая лапы.
– Почему он не убегает?!
– Откуда мне… кх-кх… знать?!
– Сеть!
Айримир, продолжая надрывно кашлять, перекатился через огонь к капсуле, поспешно ее нашарил и снова швырнул в паука. Животное завизжало еще громче, когда раскинувшаяся силовая сеть захватила его в плотный кокон. Горящая паутина чадила дымом, который скапливался в замкнутом пространстве, угрожая даже флиберийцу.
– Бежим скорей отсюда!
– Сейчас…
Айримир кое-как подполз к норе. Не мог же паук просто так здесь остаться, давно бы уже удрал – но нет, он пытался снова и снова. Зачем?
– Скорее!
Айримир оттолкнул кокон с пауком поближе к выходу – там пока не занялось, и заглянул в нору. Точно!
– Паучата!
– Только не говори, что собрался их спасать! Это не наше дело!
– Наше!
Детенышей было четверо, каждый размером с ладонь. Они забились в дальний угол и испуганно таращились оттуда всеми двадцатью глазами – по пять на рыло. Маленькие зверята выглядели даже умильно: больше похожи на толстых осьминожек, чем на пауков. И клювы крохотные, хрупкие даже на вид. Беззащитные создания, которые обречены погибнуть в огне просто потому, что Айримир не поладил с их мамашей. Нет уж, фигу!
Вытащить их из норы оказалось непростой задачей. Юркие зверьки буквально просачивались сквозь пальцы, не давая себя схватить, а держать крепче он боялся. Выскочили они только тогда, когда огонь подобрался вплотную – к тому времени паучиха уже охрипла, а у Айримира перед глазами все плыло и темнело. Почти ничего не видя, он на четвереньках подполз к перекрытому водопадом выходу.
– Ты же не собираешься…
– Все… буде… – Айримир понял, что продолжать уже не может, а если прямо сейчас что-то не предпримет, то однозначно останется в этой пещере навсегда. На мордочках паучат, вцепившихся в сеть на манер прищепок, мерещилось осуждение. – Изви… извините!
– Айримир, не-е-ет!
Полет вышел коротким, зато, бухнувшись в ревущую воду, Айримир в первый же миг трижды приложился о камни – и все разными местами. Успел в последний момент поймать соскользнувшего с сети паучонка; остальные трое цеплялись за материнский кокон на зависть любой пиявке. Если они и умели плавать, то делать этого явно не желали. Айримир тоже держался из последних сил: ловчая сеть не тонула и хорошо гасила удары. Из них всех паучихе было сейчас комфортнее всего.
В позвоночник что-то врезалось, потом шарахнуло еще обо что-то, и рука разжалась сама собой. Он отчаянно греб, пытаясь всплыть, хоть как-то хватануть воздуха, не осознавая, что голова все еще на поверхности, просто не получается вдохнуть.
Через пару секунд разжалась и вторая рука.
***
Айримир отчаянно ловил за хвост собственное сознание. Оно игриво мелькало где-то рядом, давая себя рассмотреть, но не подпуская ближе. Мерещилась всякая дичь: то пауки с ледяными клювами, то кабачковый водопад, то брат, держащий его за руку, как маленького.