– А я привыкла, вы на меня не очень-то внимания обращайте. Можно и на «ты» со мной общаться – так даже проще…
– Надя, простите, а родители у вас есть?
– Мать, как узнала, что я инвалид и останусь такой навсегда, просто отдала меня в интернат. А отца я не помню…
Василия Петровича всего передёрнуло от такого откровения Нади.
В гостиную вошла Зоя Петровна и спросила:
– Надя, вы долго гуляли с Борисом и, наверно, проголодались? Я вам сюда принесу ужин, и мы все вместе поедим. Вы не против?
– Я, как все, обо мне особо не беспокойтесь.
– Тогда я несу.
– Мам, я помогу тебе, – сказал Борис и пошёл в кухню помогать.
Ужин был скромный, но на столе было много угощения. За ужином шла беседа на общую тему, но примерно к середине пошёл уклон в сторону заболевания Нади. Борис уже сделал замечание, что это ужин, а не консилиум врачей, но Надя его перебила и спокойно сказала:
– Людям же интересно узнать, пусть спрашивают, что знаю – отвечу.
– Надя, скажи, а ты болеешь с рождения? – задала вопрос мать Бориса.
– Да, с самого рождения, сколько себя помню.
– А причина заболевания?
– Детский церебральный паралич, вернее его последствие, он происходит из-за того, что ребёнок рождается мёртвым и врачи его долго, более положенного времени, оживляли, а за это время клетки головного мозга постепенно умирали, и это отражается прежде всего на двигательных функциях, речи.
– И медицина...
– Медицина в таких случаях хотела сделать во благо, а получается как всегда – разводит руками.
– А нетрадиционные способы лечения? – продолжала Зоя Петровна.
– Я в них не верю, – ответила Надя и посмотрела на Бориса. – Много было перепробовано средств, а результата нет и нет, остаётся только надеяться на чудо. А где его найдёшь или кто принесёт на блюдечке с голубой каёмочкой? Надо быть очень сильным магом или экстрасенсом, чтобы справиться! Разве что Бог?.. Так я и живу. Уже, ой-ой-ой, сколько времени.
Наступила напряжённая пауза, в которой каждый обдумывал свои мысли, а Борис, пытаясь прервать паузу, спросил у Нади:
– Надя, а что ты так мало кушаешь, аль не нравится угощение?
– Что ты, Господь с тобой, еда на столе отменная, и всё приготовлено с такой любовью и заботой, но желудок у меня не резиновый, есть же свой предел. Спасибо вам всем огромное. Скоро машина должна прийти, и я поеду обратно. Борь, ты меня не провожай, я сама доберусь до места, ладно? Не беспокойся лишний раз.
– Нет, я тебя взял, я тебя и сдам, иначе скандал будет. А машина с шефом приедет только завтра к часу дня, – ответил он. – Так уж было договорено с самого начала…
– Ты что, сдурел вовсе? – вспыхнула Надя. – А где я буду ночевать, рядом с тобой что ли? И где ты такого шоферюгу откопал? Сколько заплатил «зелёных»? Ты не на Кавказе, чтобы похищать невест!
– Мы поужинали, теперь пойдём в мою комнату, чтобы родителям не мешать, там и поговорим. Поехали!
– Нет, ребята, вы ещё посидите, поговорите, с вами так приятно общаться, завтра воскресенье, никуда спешить не надо, выспимся, – попросил Василий Петрович.
– Вы только на него посмотрите, – сказала Надя родителям Бориса. – Какой деловой субъект, оказывается!
– А я никого и не похитил, – спокойно ответил Борис. – Я просто хочу, чтобы ты побыла у меня в гостях. Спать ты будешь в моей комнате, только ты на диване, а я на раскладушке – каждый отдельно. Нижнее одноразовое бельё дам, заранее припас. Сколько я отдал «зелёных»? Так это моё личное дело и никого не должно волновать. Да я ему один сложный японский аппарат бесплатно отремонтировал, за одну ночь, а денег не взял, вот и расплата.
– Деловой! – только и смогла сказать Надя. – Почему у меня никто не спрашивает: хочу я или нет?
– А Борис у нас всегда такой, – вставил Василий Петрович, – уж если что-то надумал, то никто его не переубедит, всегда стоит на своём мнении, и любое начатое дело доводит до конца!..
Так, за непринуждённой беседой незаметно прошёл вечер. Они засиделись до одиннадцати, и говорили на разные темы, потом стали укладываться спать. Надя устроилась на широком диване Бориса, только попросила не заходить в комнату, пока переодевалась. Она легла и подумала: «Прямо как в сказке или в раю. Господи, если бы всегда так было, а рядом был бы хороший и преданный муж, как Борис, но на всё воля Твоя, Господи! Как Ты предначертал, так оно и будет!» Несмотря на волнения и впечатления, накопившиеся за такой день, она уснула сном младенца.
Ей снова снилось, что она летает. На ней было белоснежное платье с широкими рукавами. Вот она раскинула руки в стороны, и широкие рукава стали крыльями, как у лебедя. Она не махала крыльями, а легко парила в прозрачном воздухе. Небо было в таких же белоснежных облаках, и её платье сливалось с ними, становилось их частью. Так легко и светло было на душе у неё, что хотелось петь от грядущего, которое было рядом, которое уже наступает, только открой свою душу, впусти его и никуда не выпускай. Держи крепче, иначе улетит и не догнать потом…