— Оружие на колени. Смотреть в оба. Стекла не опускать. Здесь не снимать, на границе, сам переход.
Он нажал на газ. «Субурбан» медленно проехал через ворота. Тень от стены скользнула по капоту, потом по крыше, и исчезла. Теперь они были в США.
Сразу за стеной асфальт заканчивался и начиналась старая патрульная дорога. Но разница была не в дороге. Разница была в воздухе. Здесь, казалось, даже солнце светило иначе. Более тускло, болезненно. Тишина была абсолютной. Ни птиц, ни ветра.
— Жутковато, — прошептала Джессика, прижимаясь к Питеру.
— Это круто! — возразил Стивен. — Смотрите!
В ста метрах от ворот стоял брошенный патрульный внедорожник Пограничной службы США. Он выгорел изнутри, но зеленая полоса на борту была еще видна. Двери распахнуты, на земле рядом валялся шлем и бронежилет. Костей не было. Видимо, растащили звери.
— Тормози! — скомандовал Стивен. — Нам нужен этот кадр!
Матео неохотно остановился, не глуша мотор.
— Две минуты. Не отходите от машины.
Молодые люди высыпали наружу. Жара ударила по ним молотом. Здесь было градусов сорок пять.
Стивен тут же запрыгнул на капот сгоревшего патрульного авто, приняв героическую позу с пистолетом, направленным в небо.
— Смотрите на это! — кричал он на камеру, которую держала Лора. — Стражи границы пали! Теперь мы здесь закон! «V-Flow», вы это видите? Мы первые, кто вернулся!
Джессика позировала у открытой двери, делая вид, что ищет что-то внутри. Питер, единственный, кто не снимал, крутился вокруг, нервно озираясь по сторонам.
— Ребята, давайте быстрее, — просил он. — Тут… тут пахнет.
— Чем пахнет? — не оборачиваясь, спросила Лора.
— Смертью, — буркнул Матео, стоя у своей двери и сканируя горизонт.
Запах действительно был. Едва уловимый, сладковато-приторный душок разложения, смешанный с запахом сухой полыни и плавящегося гудрона. Этот запах въедался в одежду, в волосы, в поры кожи.
— Поехали, — скомандовал проводник. — Здесь открытое место. Мы как на ладони.
Они погрузились обратно. Возбуждение немного спало, уступив место липкому напряжению. Теперь они ехали вглубь Калифорнии.
Пейзаж менялся. Чем дальше они отъезжали от стены, тем больше следов катастрофы встречалось. Брошенные на обочинах машины. Некоторые с открытыми дверями, некоторые с разбитыми стеклами. Чемоданы, вывалившиеся из багажников, тряпки, детские игрушки, выцветшие на солнце.
Это было кладбище. Люди бежали к границе год назад, надеясь, что их пустят. Но их не пустили.
— Господи, — прошептала Джессика, глядя на минивэн, внутри которого виднелись ссохшиеся мумии, пристегнутые ремнями безопасности. — Они просто сидели и ждали…
— Они умерли от обезвоживания или перегрева, — бесстрастно прокомментировал Питер. — Или отравились угарным газом, чтобы не мучиться.
Матео не стал говорить, что их застрелили. Даже отсюда были видны следы от пуль в черепах. Мужчина размышлял о другом. К примеру, как только эти дурни зальют своё видео в общий доступ, к ним придут. Посадят в карантин, дадут огромный штраф. С другой стороны, их богатые родители всё уплатят и договорятся.
— Хватит умничать, Пит, — огрызнулся Стивен, но в его голосе уже не было прежней бравады. — Лучше снимай вон тот указатель. «Сан-Диего: 40 миль».
Они ехали по 94-му шоссе. Дорога была пуста, если не считать мусора и перекати-поле. Асфальт местами вспучился. Сквозь трещины пробивалась трава. Природа забирала свое. Без людей этот край стремительно дичал.
— Матео, — обратился Стивен. — Ты же говорил, здесь будут зомби. Где они? Я хочу экшена! Мои подписчики заснут от этих пейзажей.
— Радуйся, что их нет, pendejo, — ответил проводник, не отрывая взгляда от дороги. — Днем они прячутся. Солнце сушит их кожу, они становятся медленными, слепыми. Они забиваются в тень, в дома, в подвалы, в овраги. Но они слышат. Они слышат нас.
— Значит, надо найти дом? — загорелись глаза Лоры. — Залезть внутрь? Это будет бомба! «Зачистка дома в Мертвой Зоне»!
— Никаких домов, — отрезал Матео. — Договор был, проезд, съемка с дороги, возвращение. Я не полезу в замкнутое пространство с четырьмя дилетантами.
— Я плачу двойной тариф! — воскликнул Стивен. — Десять кусков сверху, Матео! Наличкой, как вернемся.
Матео на секунду задумался. Десять тысяч. Это плюс к тем двадцати. Это новые документы, дом в безопасной зоне, взятки врачам за лучшую вакцину. Искушение было велико.