- Максим! - донесся жалобный женский голос.
Под большим кленом, недалеко от кафе, зябко ежась, стояла Сирин. Руки она засунула в карманы длинной серой куртки, воротник подняла. Штанины узких брюк намокли почти до колен, от чего брюки стали двухцветными - темно-зеленые сверху и черные, в мокрых разводах внизу. Одним словом вид у нее был совершенно не тот, в котором девушки идут на свидание. И все же, Максим широко улыбнулся, и устремился навстречу. В это же время, с другой стороны улицы показался Кир. Увидев его, Сирин обрадовалась и помахала рукой, но едва она вышла из-под клена, как небо прорезала страшная молния. Гром грянул немедленно, с такой силой, что содрогнулась земля, и тут же обрушился ливень.
Будучи опытным спасателем, Максим не растеряются, он схватил девушку за руку и крикнул эльфу:
- Быстрей! За мной!
Кинулся вперед, через лужи, на поиски любого укрытия, где не заперта дверь, где горит свет и тепло. Таким местом оказалась эксклюзивная лавка изысканных чаев. Чаи в нее привозили из солнечного Оркуса, из горного Бадахшана, и даже из засушливой Жуйской долины.
Максим, Кир и Сирин, мокрые и замерзшие, влетели внутрь, и оказались посреди стекленных витрин и прилавков, заставленных резными коробочками, вышитыми мешочками и хрустальными подносиками с горками чая.
- Что вам угодно? - строго спросил сухопарый седовласый продавец, и чуть поклонился посетителям, как обязывал этикет.
- Нам угодно переждать дождь и согреться! - выпалил Максим.
Пергаментное лицо продавца исказила гримаса негодования.
- Здесь не греются, молодой человек! Здесь дегустируют и продают элитные сорта чая.
- Сейчас не до чая! Соединенную того и гляди смоет в Океан.
Максим уже хотел посоветовать чайной крысе высунуть нос на улицу и посмотреть, что творится, но эльф остановил его. Кир подошел к прилавку и вежливо уточнил:
- Вы говорите, у вас проводится дегустация?
Продавец настороженно кивнул.
- Отлично! - улыбнулся Кир. - Тогда принесите нам три порции чая для дегустации и что-нибудь, что можно им запивать. Печенье или конфет.
Опередив гневный взгляд продавца, он заверил:
- Не волнуйтесь, я заплачу.
Пергаментное лицо продавца растянулось в любезной улыбке.
- Какого вам чаю, желтого, с лепестками роз, зеленого с жуйской полынью или, может быть, бодрящего черного?
- Горячего! И в больших кружках. - Выпалил Максим.
Через минуту вся компания сидела за маленьким круглым столиком, и с наслаждением прихлебывала черный оркусский чай. Посреди мозаичной столешницы стояло фарфоровое блюдо, расписанное изысканным цветочным орнаментом, на котором покоились три конфеты. Больше продавец не дал, не смотря на настойчивую просьбу и желание Кира оплатить коробку сладостей. Выяснилось, что брать с посетителей деньги за угощение строго запрещено, конфеты должны подаваться к чаю бесплатно, но дать больше, чем по одной конфетке на дегустацию, продавец категорически отказался. Максим хотел устроить скандал, но тут Сирин сказала:
- Наконец мы сидим в тепле. Я так рада видеть вас, господа спасатели!
- Я не спасатель. - Уточнил Кир, но девушка лишь махнула рукой.
- Какая разница! Вы помогли мне и Мурзику, мы очень вам благодарны.
Сирин откусила конфету, отхлебнула чай и на лице у нее засветилась детская, счастливая улыбка. Кир молча пододвинул ей последнюю из оставшихся на блюде конфет - свою. Сирин кивнула, посмотрела ему в глаза, и молча взяла конфету.
Максим облизал испачканные шоколадом пальцы и рявкнул:
- Проклятая бездна! Извини, я уже съел свою. Но я сейчас так тряхну этого прощелыгу, что из него выспятся все конфеты!
- Нет, нет, не надо! Мне хватило. - Остановила Сирин.
Кир рассмеялся, Максим остыл. На мгновенье Сирин показалось, что она в безопасности, под охраной двух рыцарей, и может им полностью доверять. Она так расслабилась, что едва не забыла, зачем собственно пришла на встречу.
- Я хотела вас в кафе пригласить, а, вот, что вышло. Что за погода такая! - извинилась она.
- Ничего, нам и здесь хорошо. - Максим положил руку на плечо Сирин. - Тебя больше никто не обижает? Не страшно одной? Хотя, ты ведь с Мурзиком.
Фамильярность товарища покоробила Кира, но ответ девушки еще больше его поразил.
- Я не одна, - сказала она. - Нас приютил один светлый маг. В его доме мы в безопасности.
- Какой еще маг?
- Альвердо ан Нирэ. - С уважением произнесла Сирин. - Он очень добрый!
- Альвердо?! В отношении его доброты у нас разные мнения. - Нахмурился Кир.
Сирин не обратила внимания на его слова. Пора было поговорить о деле. Она перекинула косу через плечо, сделала глоток чая и спросила:
- Скажите, вы случайно не находили на побережье, в песке, плоское стеклышко? Я его там потеряла.
- Какое стекло? - удивился Макс. - Зачем оно тебе?
Сирин вспомнила слова мага: "Если тот, кто подобрал ключ, узнает, чем завладел, его тут же выследят атлантские жрецов, а значит, и он сам, и ключ подвергнутся страшной опасности". Поэтому Сирин смущенно улыбнулась:
- Эта вещь дорога мне как память. Сувенир, который папа когда-то привез с раскопок.
- Странный у твоего папы вкус на сувениры. Я стекла не видел, а если б и увидел, не взял бы. На кой оно мне? - заверил Максим, и легко приобнял Сирин. - Нам там не до стеклышек было, мы сражались. Верно, Кир?
Кир молча кивнул. Почему он не сказал, что стекло у него? Может, потому, что понял - девушка врет, но, скорее всего, потому что Максим обнимал Сирин, а она и не думала отстранять его руку. В этой последней, самой простой причине Кирлонд Лотт никому ни за что не признался бы, даже самому себе.
- Стекляшки твоей мы не видели, - подвел черту Максим. - А чтобы утешить тебя, давай сходим куда-нибудь повеселимся, пока столицу не смыло?
- Нет, спасибо, - девушка заметно погрустнела. - Мне пора. Спасибо, что согласились встретиться, спасибо, что тогда защитили.
Чай был допит, от конфет остались одни фантики. Продавец редких отборных чаев зло посматривал на посетителей, мешавших ему закрыть лавку и пойти домой под предлогом дождя. Встреча закончилась.
Ресторан "Чертог желаний" слыл одним из самых престижнейших заведений столицы, никакие бедствия и катаклизмы не могли помешать посетителям провести вечер с максимальным комфортом. Ливень, град, ураган оставались за порогом, не проникая в ярко освещенный, пахнущий благовоньями зал. Сор улицы не мог испачкать бархатных кресел и диванов, ни одна капля дождя не упала на мозаичный пол и ковры из прекраснейшей шерсти. Официанты в серой незаметной одежде скользили между столов как призраки, сгибаясь перед гостями почти пополам, как в лучшие времена господства Атлантии. Ныне, в век объединения и толерантности, трудно найти такую угодливость и подобострастие слуг, вкупе с бьющей в глаза роскошью интерьеров. Все это призвано радовать, ублажать и возносить на пьедестал дорогих гостей, дорогих не только в переносном, но и в самом что ни на есть прямом смысле. Ведь ужин в "Чертоге желаний" равнялся месячному заработку простого клерка.
Даджет не прогадал, решив придерживаться старых традиций своего народа. Единственная трудность состояла в том, что "Чертог желаний" находился в центре столицы, почти под носом у Светлого совета. Дабы не привлекать внимания борцов за справедливость и нравственность, Даджет решил брать не числом посетителей, а элитарностью и ценой. С фасада заведение выглядело скромно, пройдешь мимо и не заметишь. Вход сюда знали немногие, прейскурант мог ввести в шок любую домохозяйку-мумми. Впрочем, мумми в "Чертог желаний" не заходили, кроме атлантов здесь отдыхали люди, гоблины и тролли. Гномы презирали ненужную расточительность, предпочитая ресторану праздник в кругу своего рода, а эльфы, особенно те, что побогаче, наслаждались хорошей кухней в своих заведениях, вдали от суеты. Не любят остроухие общих залов, и даже на едином Континенте ухитряются отделиться. Койра слышал, что в городе существует эльфийский фешенебельный клуб, но чужих туда не впускают, и само место его нахождения известно немногим. Вот с кого Даджету стоило брать пример! Избранность нравилась Койре, с тех пор, как он стал работать в "Золотом Драконе", двери "Чертога желаний" распахнулись перед ним. Здесь он ощущал себя удостоенным чести войти в высший круг, стать равным своим покровителям. По рожденью Койра был человеком, но любил считать себя слившимся с расой атлантов. Людей он презирал, впрочем, как и все остальные народы. Его покровители дали ему ту стойкость и силу, которые выделяли его из толпы, которых не было ни у кого из сереньких человечков.