Выбрать главу

Алекс пробежал взглядом по вспомогательным экранам, где транслировались записи с видеокамер внешнего наблюдения. Одна из них показывала происходящее внутри ремонтного ангара. Алекс попытался увеличить изображение на весь экран, но потерпел неудачу. Умный стол откликался только на прикосновения пальцев с отпечатками полковника. Пришлось подкатить мертвое тело на стуле поближе к столу и расширить окошко камеры видеонаблюдения рукой Зикевского.

Сначала Алекс не понял, чему стал свидетелем, но чем дольше он всматривался в экран, тем страшнее ему становилось.

Ремонтный ангар наполнял холодный яркий свет мощных ультрафиолетовых ламп, обеззараживавших воздух. Все помещение было выстлано стерильной полимерной пленкой. Станки, машинные агрегаты и роботизированные манипуляторы адаптированы под медицинские нужды. Биоботы натащили с операционных массу оборудования, интегрировав его в систему сборки и ремонта.

Вскрытые герметичные пакеты с консервирующей средой внушительной горой были свалены в углу ангара. Биоботы разложили их содержимое на полимерной пленке, как кусочки мозаики на сводах купола кафедрального собора. Мазки умело ложились на полотно, олицетворявшее жуткий лик самого человечества. Часть к части. Тело к телу. Руки, ноги, туловища, головы. Всем и каждому нашлось место в физиологической скульптуре.

Тканевые лазеры и реплицирующие пульверизаторы так и мелькали над останками тел, медленно становившимися единым целым. Биоботы сшивали сосуды и нервные волокна, органы и ткани, сооружая единый организм. Некоторые из них встраивались в мозаику, чтобы обеспечить реанимационные мероприятия и стабилизировать функционирование этой извращенной биологической системы. Искусственный интеллект делал свою работу, исходя из математических алгоритмов, лишенных малейшей эмпатии. В этом и состояла его основная задача: спасать жизни любой ценой. Просто не стало этического ценза человеческого разума.

Где-то на самой границе слышимости маятник метронома щелкнул последний раз.

С трудом оторвавшись от ужасающей картины, Алекс увидел на одном из экранов приземлившийся на взлетной полосе тяжелый транспортный вертолет с гербом ГСПМ на борту.

Оставив позади кабинет полковника, Вульф бросился наружу по коридорам и переходам административного здания. На первый этаж он бежал что было мочи, взмокнув в неудобном защитном костюме, сковавшем движения. Перед ним распахнулись створки входных дверей, и Алекс выскочил на улицу, но замер на секунду, ослепнув от тусклого серого света после сумрака внутренних помещений. Когда глаза немного привыкли, Вульф отнял перчатку от лица.

Начиналась метель, и два массивных продольных винта транспортного вертолета закручивали вокруг себя снежные протуберанцы. Задний люк опустился. На взлетную полосу выбежала Орье в военной форме, призывно махая ему руками. В проеме люка Вульф заметил застывшую фигуру Пейтона, наблюдавшего за ними. Эта картина вызвала у Алекса стойкое ощущение дежавю, но понять его причину он никак не мог. Отбросив сомнения, он устремился навстречу Орье.

Сильный ветер сбивал с ног, но Алекс продвигался вперед так быстро, как только мог. Внезапно порывы ветра донесли до них приглушенный вопль десятков человеческих существ, очнувшихся от небытия. Крик походил на волчий вой, полный тоски и боли. Створки ангара сотрясались от тяжелых ударов и поползли в стороны.

– Быстрее! – крикнула Орье, схватив Вульфа за руку. – Нужно уходить отсюда!

Они бросились к вертолету, пока громоздкая туша выползала из ангара, передвигаясь на руках и ногах, вшитых в тело монстра.