У самой границы поселения на высоком холме стояла церковь. Подле нее в тени холма расположилось мрачное приземистое здание – бывшая церковно-приходская католическая школа для трудных подростков, переоборудованная новыми владельцами в приют для сирот с отклонениями в развитии.
Судя по всему, недавно окончилась служба. Прихожане рассыпались по склону холма, перемывая кости соседям и обмениваясь последними бесхитростными новостями. Присмотревшись, Пейтон указал на двух детей, игравших в тени старого узловатого дуба рядом с церковью. Вульф понял, что еще ни разу не видел во сне проекцию эго самой сновидицы.
Орье выругалась:
– Мать вашу, ее не должно быть здесь! Мы работаем на базе хостов, но не меняем их и не взаимодействием напрямую с эго сновидцев. Это разрушит их личность. Нужно уходить отсюда!
Голос Пейтона был холоден, как лед:
– Жюли, вы прекрасно знаете, что существующая методика конструирования терапевтических снов для «Морфея» малоэффективна. Нужна выдающаяся сновидица. Без каких-либо защитных реакций и ценза на полученную информацию. Тогда сознание Банни начнет вызревать семена нужного качества. Мы уничтожим сдерживающий фактор.
– Ее тульпу? Эгга Чока? – спросил Вульф.
– Вы видели его? – Орье вцепилась в руку Алекса. – Видели Эгга?
Вульф кивнул.
– Пейтон, кто он такой? Почему альтер эго отреагировало на него, как на угрозу сознанию Банни. Отвечайте немедленно!
– Мистер Вульф – якорь, подобранный нами специалист для участия в сеансах КОС, и пока что он идеально справляется со своими должностными обязанностями. За это я вам крайне признателен.
– Довольно полуправды. Выкладывайте все как есть.
– Мистер Вульф принес с собой в КОС кое-что. Свой страх. Тот, что сокрыт в глубине его подсознания.
– О чем вы говорите?
– Я дам вам подсказку: в каждом разуме притаилась закрытая темная комната.
Вульф вспомнил кошмар о нейровирусной атаке:
– Кажется, сегодня мы распахнули эту дверь настежь.
– Будьте вы прокляты, Пейтон! – взорвалась Орье. – Я не позволю вам уничтожить сознание Банни, – она рванула в сторону церкви, рассыпавшись на мириады желтых шелковых лент.
Вульф немедля последовал за ней, а Пейтон проводил его спокойным взглядом, не вмешиваясь. На губах директора промелькнуло слабое подобие улыбки. Все складывалось наилучшим образом.
Скатившись по крутому склону котлована, Алекс побежал к детям. Он быстро нагнал Орье. Она застряла в толпе прихожан, вставших плотной стеной и не дававших ей пройти к церкви. На фоне местных чужаки в военной форме выделялись как пятна от красного вина на белоснежном полотнище скатерти. На них обращали внимание, недовольно смотрели и тыкали пальцами, ругая на чем свет стоит. Когда Алекс попробовал протиснуться вперед, его грубо оттолкнули.
– Я попытаюсь проскочить, – крикнула Орье, обратившись неуловимой тенью и вновь появившись за спинами прихожан.
Ей не дали ступить и шагу. Орье схватили за плечи, повалили на землю и принялись колотить ногами. Оружия у Вульфа не было, а потому он с голыми кулаками бросился вперед, стараясь прорваться на помощь Жюли, но тут же получил чувствительные удары под дых и в челюсть, отправившие его в нокаут. Тычки обрушились на него со всех сторон. Где-то на самой границе сознания кричала Орье, и этот крик перешел в вой многоликого монстра, сотрясший окрестности.
Удары прекратились. Прихожане замерли, обратив взор в сторону леса. Алекс с трудом повернул голову, разглядев Пейтона, стоявшего на краю обрыва. Деревья позади него сплетались в сюрреалистичную тушу левиафана из ночного кошмара Вульфа.
Собравшись воедино, чудовище перевалилось через директора и сползло по склону котлована. На переплетенных меж собой ногах и руках оно направилось в сторону церкви. Прихожане, оставив в покое Вульфа с Орье, ринулись ему навстречу, похватав огнестрельное оружие из машин, скопившихся на парковке. Алекс успел позабыть, что в СГА каждый имел право владеть оружием. Следом за ними шествовал мальчик в серой рясе. Банни осталась безмятежно играть в тени дерева.
Вульф подошел к Орье и помог ей подняться на ноги.
– Видок не ахти.
– Ты бы себя видел.
Послышались первые выстрелы, очень быстро превратившиеся в нескончаемую канонаду. Пули выбивали из тела монстра куски плоти, но остановить его были неспособны. Как многотонная фура он ворвался в ряды прихожан, давя их своей тушей, хватая руками и разрывая на куски. Кровь лилась рекой. Хор криков умирающих слился с многоголосым ревом чудовища. Оставшиеся в живых рассыпались по округе. Они прятались по подворьям, искали укрытия и продолжали нестройную пальбу. Левиафан ярился. Он настигал сопротивлявшихся и играючи уничтожал их. Так несмышленые дети балуются с букашками. Одного задавил, перевернув машину; на других обрушил крышу дома; третьих выудил из салона школьного автобуса. Снайпер с охотничьим ружьем засел на водонапорной башне, методично отстреливая головы левиафана. Тварь навалилась на нее всем весом. Башня опрокинулась на бок. Короткий вопль огласил окрестности. Снайпер сорвался вниз. Все было кончено.