Единственное, что он понял, – так это то, что серебряная пуля для него не наказание, а спасение. Спасение от того жестокого безжалостного зверя, что сидит внутри в ожидании удобного случая, чтобы вырваться на свободу. И теперь, когда он, Гильза, предупрежден, следует приложить все силы к тому, чтобы зверь навсегда остался в своей мрачной норе…
Но оставалось еще что-то.
Он с удивлением понял, что не всегда был таким пассивным, безвольным слабаком, каким знал себя «с пули». В его жизни находилось место серьезным переделкам, в которых он не отсиживался и не был «мальчиком на побегушках». Он был храбрым, уверенным в себе человеком, способным держать в руках оружие, готовым открыто смотреть в лицо опасности и рисовать жизнью во имя дела.
Конечно, ему и раньше намекали на его такого рода прошлое. Но одно дело слушать рассказы посторонних, а совсем другое – прочувствовать самому.
Все еще робко Гильза попробовал представить себе, как бы сейчас действовал тот Игорь Кошкин, который давным-давно сгинул. Что бы он сделал прямо сейчас?
Решение пришло мгновенно, и было оно неожиданным для него самого.
– Я должен идти, – уверенно сказал Гильза. – Спасибо вам за все!
– О чем речь! – улыбнулся Кшатрий. – Тебе спасибо. Ты даже не представляешь, какое удовольствие доставил мне твой случай.
Юноша кивнул в ответ: он уже убеждался, что порой врачи приходят в восторг и от более отвратительных вещей.
– Если что, заходи, – напоследок сказал Кшатрий. – Всегда буду рад помочь тебе, мой уникальный друг. Тем более что мне удалось приподнять лишь первый слой твоих воспоминаний. Там, в глубине, прячется что-то еще более потаенное, темное…
Он вышел из метро на станции «Спортивная». Адрес с бумажки, добытой Хитруком из глотки мертвеца, он запомнил хорошо, и теперь направлялся прямиком к Большой спортивной арене. Уже входя в огромное здание под трибунами, он вдруг остановился как вкопанный.
Его посетила очень простая мысль: как именно он может помочь столь опытным профессионалам, как Чигур или тот же Хитрук? Просто явиться по указанному адресу?
Гильза поежился: это он уже проходил. Необдуманная личная инициатива не всегда ведет к хорошим результатам. Что бы ни находилось по этому адресу, не стоит ломиться туда прямиком.
Он осторожно прошел коридорами, спустился уровнем ниже. Убедившись, что в коридоре подвала никого нет, прокрался вперед и обнаружил дверь с нужным номером и табличкой с надписью «ИНВЕНТАРЬ». Осторожно приблизился к двери, приложил ухо: за дверью слышались приглушенные голоса.
Помедлил – и прошел дальше.
Следующая дверь была с номером, но без таблички. Курьер подергал ручку: заперто. Огляделся по сторонам, вздохнул.
Решиться было непросто. Хотя бы потому, что внутри сидел кто-то строгий, который прекрасно знал, что можно делать, а что нельзя. Этот строгий грозил пальцем, и Гильза покорно отступал. Но сейчас он снова вспомнил забытого себя. Как бы поступил тот отчаянный малый?
Ответ родился незамедлительно – в глазах же до сих пор стоял бритоголовый, вынесший дверь головой. Юноша присел, осмотрел замок. Тот, судя по всему, был весьма хлипкий. И Гильза решился. Отошел к противоположной стене коридора, коротко разбежался – и двинул дверь плечом.
Замок выдержал. Не выдержал рассохшийся дверной косяк. Со второго удара дверь поддалась. Гильза влетел внутрь темного помещения и немедленно приставил дверь обратно.
Практически тогда же он услышал, как кто-то идет по коридору. Сердце заколотилось: Гильза ждал разоблачения. Но никто не стал трясти ручку или ломиться в несчастную дверь.
Он нашарил рукой выключатель, щелкнул.
Загорелся пыльный плафон, который осветил помещение, заваленное досками и заставленное пластиковыми ведерками с краской. Пахло довольно резко. Похоже, здесь шел ремонт.
Подошел к стене – той, что примыкала к помещению под вывеской «ИНВЕНТАРЬ». Стена оказалась глухая. И слышно через нее было еще хуже, чем через дверь в коридоре. Самое время предаться отчаянию!
Но взгляд уже внимательно обшаривал помещение. И уткнулся в интересную деталь: под потолком шел толстый оцинкованный воздуховод. Выходил он из одной стены и упирался как раз в противоположную, нужную стену. Осталось только до него добраться.
Рабочие, конечно, не догадались оставить здесь стремянку. Пришлось довольствоваться досками, благо, они были достаточно длинными. Уперев одну из них в стену, Гильза медленно полез вверх. Доска отчаянно шаталась и прогибалась, угрожая сбросить с себя самозваного акробата. Короб воздуховода висел на тонком железном профиле. Не было никаких гарантий, что он не рухнет под тяжестью человеческого тела, но выбора не оставалось.